Солдаткая лямка

Стихи для детей
17.01.2018г.
Голубушка
18.01.2018г.

Солдатская лямка

 

 

 

 

 

                                                                                             1.  ЗА  ПОБЕДУ!


 

 

ВОЙНА – НЕ МАМКА…

 

Мой отец служил в пехоте,

Сквозь огонь прошёл и дым

На горячем южном фронте

Был связистом боевым.

За Россию-мать в ответе –

Воевал не горевал,

Сочинил себе куплетик

И под Керчью напевал:

 

            Мы тянем лямку туда-сюда,

            Война не мамка, она – беда!

            Вот довоюем, закатим пир!

            Сынок родится – и будет мир!

 

Выжил батя, я родился –

Гитарист и хулиган,

Но в судьбе моей случился

Полыхающий Афган.

Спину рация сгибала,

Пухла в каске голова.

Под Кабулом подпевала

Мне десантная братва:

 

                Мы тянем лямку туда-сюда,

                Война не мамка, она – беда!

                Вот довоюем, закатим пир,

                Сынок родится – и будет мир!

 

Вышел целым из Афгана,

Сын родился у меня,

Подрастал, пока  капканы

Не  расставила Чечня,

С фотки  сын с АКМСом -

Посылает мне привет

И поёт под Гудермесом

Старый дедовский куплет:

               Мы тянем лямку туда-сюда,

               Война не мамка, она – беда!

               Вот довоюем, закатим пир,

               Сынок родится, и будет мир!

 

Ах ты, матушка-Россия,
Ты любила, как могла,

Умирать ты не просила,

Да не всех уберегла.

Что ни сын, почти что каждый  -

То боец, то командир…

 

Ты ответь-скажи: когда же

Будет этот самый мир?

 

             Мы тянем лямку туда-сюда,

             Война не мамка, она – беда!

             Вот отвоюем, закатим пир,

             Сынок родится……..

             А будет мир?



 

 

ОТЦОВСКАЯ ПЕСНЯ

 

«Над Мамаевым курганом тишина…» -

Пел отец мой, надевая ордена,

Шёл с цветами

К обелиску а село,

Пил с друзьями –

За 9-е число!

 

Мне отец с плеча баян передавал…

«А старушка не уходит…» - допевал.

Чьи-то плечи

Тяжелели песне вслед

После речи:

«За друзей, которых нет…»

 

Над высокою могилою стою,

Дым глотаю и на карточку смотрю.

Снова грянет, как по берегу волна:

«Разговаривает с матерью она…»

 

Мы отцов своих несломленных сыны,

Эти песни и для нас сочинены.

В них по детству

Нас несло, как по волнам.

По наследству

Я их сыну передам!

 

 

 

      *   *   *       

                           А.Балакину

 

Помимо всех прочих симпатий

Ещё потому мы сошлись,

Что наши безусые бати

Когда-то к Берлину рвались.

 

Что вместе расплавленной ночью

Когда-то хрипели: «Ура…»

Под Курском – уральский рабочий,

А рядом – кузнец из Орла…

 

Теперь нам не вычитать в сводках,

Быть может, тогда  из огня -

Нёс твой моего на закорках,

А значит – он нёс и  меня!

 

Не бьются военные вьюги

В дома их сынов и внучат,

К нам ходят друзья и подруги,

Танцуют, на струнах бренчат…

 

А мы – к удивлению прочих –

Присядем и тихо вдвоём

Про маленький синий платочек

Душевную песню поём!

 

                  1980 г.

 

 

 

        *   *   *  

Когда опускались вечерние тени,

А где-то рассвет начинался другой –

Садились с братишкой к отцу на колени

Послушать про битву под Курской дугой.

 

Солдаты вставали по красной ракете,

Свинец по броне барабанил, как град,

И папка, такой, как на жёлтом портрете,

Карабкался к ДОТу со связкой гранат…

 

Он нам о себе не рассказывал много,

Зато поимённо припомнить могли

Мы каждого друга его фронтового –

И тех, кто вернулись,

И тех, кто легли…

 

От майских салютов светлело в округе,

И гордости звёзды не пряча в глазах,

Мы шли и держались за папкины руки –

За крепкие руки

    в пустых рукавах.


 

 

 

ДЯДЯ  ЛЁНЯ

 

Дядя Лёня был сапожник,

Он давно пришёл с войны –

Матерщинник и картёжник -
Нарушитель тишины!

Пацанам роднее брата,

С куполами на груди:

«Я, ребята, из штрафбата, -

Кто тут смелый – заходи!»

     Табачок облетал, как окалина,

      Молоточек стучал у стены:

      «Пацаны, я их бил не за Сталина,

      А за волю и вас, пацаны!»

Пусть и не был он героем,

А почти что стариком,

Но рассказывал такое

Вперемешку с матерком! -

И про Киев и про Прагу,

И что выпало ему –

Две медали «За отвагу»

И цинга – за Колыму.

       Пусть ему и не верили сильно мы,

       Зато каждый был осведомлён:

       Что такое тюрьма пересыльная,

       Что такое штрафной батальон!

 

Как же нас ругали мамки,

В дружбе с Лёнею виня,

И порой штаны на лямке

Не спасали от ремня.

А он падал, как обрубок

Не доделав сапоги…

Ведь на сто чужих  обувок –

Ни одной своей ноги…

        Уж давно ему крестик поставили…

        Но вдруг выплывет из тишины:

        «Пацаны, я их бил не за Сталина,
        А за волю и вас, пацаны!»

 

 

 

ПОСТЫ ПАМЯТИ

 

На площадях, на кладбищах и в парках,

В чужих краях, у гор чужих и рек

Они стоят, упавшие в атаках,

Они стоят, воскресшие навек!

И не уйдут ни днём они, ни ночью,

Не бросят пост под снегом и дождём…

Держись, Алёша, бой ещё не кончен,

Дождись, братишка, мы к тебе придём!

 

За их спиной гранитные знамёна,

А на руках – и дети, и цветы,

И помня всех упавших поимённо,

Они стоят, как памяти посты.

 

Всё краше жизнь в спасённых ими странах

И всё скупее речи и венки.

Ещё вчера – любимы и желанны,

Уже сегодня – будто бы враги.

 

Пусть не сотрутся памятные даты,

Врезаясь в мир тревожащей строкой.

Они стоят - советские солдаты -

Не тяготятся должностью такой!

 

И не уйдут ни днём они, ни ночью,

Не бросят пост под снегом и дождём.

Держись, Алёша, бой ещё не кончен,

Дождись, братишка, мы к тебе придём!


 

 

 

ФРОНТОВИЧКА

 

Ах, сердце громкое,

О чём ты?

Каким лучом озарено?..

И снова вспомнилась девчонка

Из полустёртого кино.

 

…Флажки выпархивают хлёстко,

Визжат послушно тормоза,

На громобойном перекрёстке

Сияют майские глаза!

И без игры на киноленту,

На миг от дел не оторвясь,

Она кричит корреспонденту –

Откуда родом,

Где дралась…

 

Да что во мне вдруг колыхнулось –

Неужто ревности огонь? –

Она кому-то улыбнулась,

К пилотке бросила ладонь…

 

Я выйду в май из кинодали

И затеряюсь в голосах,

Увижу звёзды и медали,

И пепел памяти в глазах.

И снова, душу обжигая,

Припомню старое кино:

Да где ж теперь она –

Живая?

Или под звёздочкой давно?

 

И долго-долго мне не спится,

О том я думаю, грустя,

Что угораздило родиться

Мне целых тридцать лет спустя!

Какой расклад бы там не вышел,

Какой бы доля не была,

Но из огня я выполз, выжил,

Если б такая вот ждала!

 

Не разводил бы я беседы –

Что потерял, а что нашёл…

Но с ней –

Дошедшей до Победы –

До края света бы дошёл!

 

 

 

НЕ СЛУЧАЙНО ЗОВЁШЬСЯ ТЫ - ВЕРОЙ

                                                В.А. Измоденовой

 

Мама, милая,

Хрупкие плечи,

Загрустив, опускать ни к чему…

Я тебя расцелую при встрече,

При разлуке –

в тоске обниму.

 

Нынче праздник в родительском доме:

Твоё солнышко, твой юбилей.

Нет чужих и случайных здесь, кроме

Самых близких на свете людей.

Мы твой праздник цветами наполним

И весёлые чарки нальём,

Все года твои, милая, вспомним,

Все дорожки твои назовём!

 

Посветлеет родной Андреаполь,

Потеплеют родные глаза

И, как листья осенние, на пол

Упадут за слезою слеза.

 

Ведь дороги твои не простые,

Не обычные две колеи:

О них скажут твои боевые,

Фронтовые награды твои!

От звонка до звонка, как работа,

Твою юность качала война.

Знает только морская пехота,

С каких пор у тебя седина.

 

…Ещё мало я Богу молился,

За твою сбережённую жизнь:

Ты б не выжила – я б не родился

И внучата бы не родились!

Как нам жить – за далёким примером

Нам не ехать в чужие края:

Не случайно зовёшься ты - Верой –

Наша бабушка, мама моя!

 

 

 

 

ЗА ПОБЕДУ!

 

Наша жизнь – не белый лист,

Кто танкист, а кто связист,

Кто пилот, а кто морфлот – все сражались!

Наши сверстники уже –

Каждый - в личном блиндаже,

Ну а мы – с весной в душе – задержались!

 

Хочешь плачь, а хочешь пой –

Нам всё реже снится бой

И всё медленнее строй ветеранов.

Фронтовые сотню грамм

Внуки с правнуками нам

В майский вечер разольют по стаканам.

 

ПРИПЕВ:

    За 9-е число

    Выпьем мы – смертям назло,

    Волчьей стаей пусть года идут по следу!

    И за мир в немирном мире

    И за «Т-34»,

    За «Катюшу» -

    За Победу!

 

Прижимает сердце груз

За разорванный Союз,

Где тут минус, где тут плюс – в самом деле?

Молодые, как в кино – перестроились давно,

А кому не всё равно – не сумели!

 

Кто сражался, тот поймёт:

Не за славу и почёт –

За отчизну и народ  били гада!

Льготы точно заслужил

Тот, кто голову сложил

И сегодня нам за них выпить надо!

 

За 9-е число выпьем всем смертям назло,

Волчьей стаей пусть года идут по следу.

И за мир в немирном мире,

И за «Т-34»,

За «Катюшу»,

За победу! 

   

 

ПОЛЕВАЯ  ЖЕНА

 

Этой должности нет

         на листах боевых расписаний,

Не до лирики там, где смертями набиты бои,

И «до гроба любить» - на войне не дают обещаний,

Ведь война – это жизнь,

          у которой законы свои.

 

Говорят, что у войн –

           абсолютно не женские лица,

Может, это и так, 

           но опять через огненный ад –

На высотку ползёт, стиснув зубы, девчонка-сестрица,

Словно ангел крылом,

             Укрывая упавших солдат

 

И нагрянет весна,

               как кино довоенного мира,

Обожжённую ночь забинтует черёмухи цвет…

«Полевая жена» -

               фронтовая жена командира

Вдруг заплачет от счастья, названья которому нет.

 

Что поделаешь, если

         в землянке душа замерзает,

Если знаешь, что завтра, быть может, навек – тишина…

Ведь родная жена –

          только раз на войну провожает,

И почти каждый день

          смотрит вслед «полевая жена».

Перепутал опять

           звездопад небеса и погоны,

Но примчится приказ, разметав фронтовое жильё,

И навстречу свинцу

            командир поведёт батальоны,

У последней черты вспоминая совсем не её.

 

А потом будет май и парадная тяжесть мундира,

Но победный салют поездам не задержит разбег…

 «Полевая жена»,

           фронтовая жена  командира

 Вновь заплачет от счастья,

           с которым простится навек.

 

СИГНАЛЬЩИК

 

Он не копал окоп в пехоте,

Не резал небо «ястребком»,

Он был сигнальщиком на флоте –

Обычным русским  моряком.

А моряки травили байки,

Грузили мины и мешки.

Флажки летали, словно чайки,

Летали чайки, как флажки.

 

    Но если кто-то рядом дрогнет,

    Учил он шуткой новичков:

    «На флоте бабочек не ловят –

    У нас на флоте нет сачков!»

 

А за бортом умела драться,

Умела песни петь волна…

Ему всего-то было двадцать,

Когда нахлынула война.

И он «прощанье» просигналил,

Ушёл в поход от берегов

И очень многих опечалил

В походе том своих врагов.

 

     И пусть порой алел он кровью,

     Не забывая пошутить:

     «На флоте бабочек не ловят,

     На флоте есть, кого ловить!»

 

А бой последний был коротким,

Как перед бурей забытьё,

Когда немецкая подлодка

Вонзила подлое копьё.

Уже почти что небожитель

Флажки метал он через дым:

«Не забывайте, не тужите,

Мы всё равно их победим!»

 

    И до сих пор, кто выжил, помнит,

    Как веселил он морячков:

    «На флоте бабочек не ловят,

     У нас на флоте нет сачков!»

 

 

 

  *   *   *

Быть может, в созвездии Веды

Иль ближе – средь солнечных масс

Не знают про нашу Победу,

Не ведая вовсе про нас,

 

Но здесь – на Земле пропылённой,

Где вышло родиться и жить,

Про 30 своих миллионов

Мы вряд ли сумеем забыть.

 

Никто не раскроет нам смысла

Такой запредельной цены…

Пусть будут вовеки и присно

Их души в пределах страны.

 

Чтоб к ним мы могли прикоснуться,

Погладив гранитную гладь,

Чтоб, если упасть – то проснуться

И рано так - не умирать!

 

 

 

ВЕТЕРАН

 

Берег левый, берег правый

Пограничная волна,

Говорят - была держава,

Говорят - была страна.

Только что это за берег -

Все обломки да туман…

И выдергивает "телек"

Из розетки ветеран.

 

                    Ничего им не забыто,

                    В нем живет - пока живом -

                    Та смертельная обида

                    В 41-м - ножевом,

                    Разве же мог он это ведать,

                    Что пройдут его следы -

                    От обиды до победы,

                    От победы до беды!

 

 

Он, конечно, не бездомный,

Он, конечно, пьет и ест,

Он конверт международный

Бросит другу в город Брест,

К обелиску виновато

Подойдет он покурить:

Повезло же вам, ребята,

До такого не дожить!

 

                    Под дождем и красным флагом,

                    Как когда-то под огнем,

                    Как когда-то у рейхстага

                    Он стоит перед Кремлем!

                    …Эй, правитель, отобедав,

                    Глянь - стоят твои деды -

                   От обиды до победы,

                   От победы - до беды!

 

 

  *   *  * 

 

Бегут года, но нам грустить не надо

О том, что в первый раз среди весны

Не будет ветеранского парада

На самой главной площади страны.

 

Ведь все равно в лучах победной славы

Фронтовики шагнут из тишины:

Они за нас – детей своих и внуков -

На век вперед хлебнули от войны!

 

В российских семьях нет не воевавших.

Вот потому в столице ли, в глуши –

Живых обнимем и помянем павших,

И всех друзей поздравим от души!

 

Наполним чарки, верные завету

Быть на поверке каждую весну:

 

За правый бой!

За общую победу!

За нашу негасимую страну!

 

 

                     *   *   *

Звёздные войны и войны земные,

Войны гражданские и мировые…

Так и не узнано: чья в том вина,

Что до сих пор не убита война.

И оттого, что она не убита,

Ходит неровно земная орбита.

Вот потому – поколенья подряд –

Каждый мужчина в России – солдат!

 

Плавно зимы закрывается дверка,

Праздник февральский – мужская поверка.

Мы поглядим друг на друга в строю,

Вспомним товарищей, павших в бою.

Быть начеку – непростая привычка,

Праздник февральский для нас – перекличка.

Встретимся, встанем, наполним – пора!

Трижды: за Родину, службу – УРА!

 

 

 

НЕ ЗАМЕРЗАЮТ РОДНИКИ

 

Не замерзают родники,

Зимой забывшие о тропах,

Они как будто тайники

Лежат в серебряных сугробах.

Молчат леса, как ледники,

Грустят застывшие просторы…

И лишь под снегом - родники

Ведут живые разговоры.

 

Не замерзают родники,

У них дела просты и строги -

Толкать течение реки,

Поить уставшего в дороге.

И я опять пройти не смог,

Чтоб не рассыпать снег руками

В том месте, где плывет парок,

Как синий дым над угольками.

 

…Я побродяжил, пошагал,

Повоевал, где было надо,

Потосковал, поколдовал

На чистых картах листопада,

Но, воротясь издалека

Назло метелям и погоням,

Как будто к струям родника

Я припадал к твоим ладоням…

 

Как много стужи и тоски

Дарует нам судьба земная.

Не замерзают родники,

Ведь им любовь - сестра родная.

Я буду пить из родника

И целовать ладони эти…

И будет дальше плыть река,

И будем дальше жить на свете.

 

 

 

 2. ОСОБЫЙ ПРАЗДНИК

 

 

 

НОЧНОЙ ПАТРУЛЬ

 

Своих лучших друзей

Упрекать я не вправе,

Затерявшихся вдруг

Среди стран и морей…

Есть такая строка

В Караульном уставе:

«Осветите  лицо!» -

Для ночных патрулей.

 

Отчего это вдруг

Мне припомнилась эта –

Боевая пора

Нашей дружбы мужской?

Может, в нынешних днях

Не хватает мне света,

Чтоб понять, разглядеть –

Кто же рядом со мной?

 

Кем бы я без друзей

Был на этих широтах,

Где слова тяжелей,

Чем свинец на войне? –

Был бы домом большим,

Где замок на воротах,

Был бы мелкой рекой

Без ручьёв по весне.

 

Оттого всё сильней

Давит память на плечи,

И дежурных речей

Разрывая кольцо,

Я кому-то – идущему

Ночью навстречу –

Безответно шепчу:

«Осветите лицо!»

 

 

А  ВЫ, ДОРОГАЯ...

 

Ни в славе,  ни в злате, ни в женской любви

Покоя себе не найдешь.

На краешке карты в полоску земли

Ударится брошенный нож!

И вновь я исчезну, как след на песке,

Растаю, как утренний звон...

А  Вы, дорогая, в далекой Москве

Измучите мой телефон.

 

Здесь воздух чужой и чужая вода,

И веет холодной золой.

Ах, если б Вы знали, какая  беда

Летает еще над землей!

Летает, витает от нас в волоске,

Считает наш каждый патрон...

А Вы, дорогая, в далекой Москве

Махнете на мой телефон.

 

Ни славы, ни злата, ни женской любви -

Лишь горький дымок сигарет,

А кто-то с ухмылкою наши рубли

Бросает на счетах газет,

А кто-то нас судит -

Мол, дело в куске,

А вовсе не в цвете знамен...

И Вы, дорогая, в далекой Москве

Забудете мой телефон.

 

И только, когда меня выручит друг

И белая встанет стена,

На пятые сутки поверится вдруг,

Что есть на земле тишина...

И вновь появлюсь я, как след на песке,

Возникну, как утренний звон...

И Вы, дорогая, в далекой Москве

Отыщите мой телефон!

 

 

БАГДАД

 

Какие в Багдаде красивые ночи,

Качаются звёзды на створках окна.

И как же не хочется думать о прочем –

О том, что не дома, о том, что война…

О том, что есть где-то ромашки и клевер

Без хохота янки и лязга брони,

О том, что не скоро дорога на север

Раздвинет крылами тоскливые дни…

 

Ах, как мы любили восточные сказки –

Багдадского вора и Али-ба-бу!..

Ах, как без опаски и не по указке

Легко мы Востоку вручили судьбу.

Горит над Посольством спокойно и просто

Отечества флаг, словно в храме свеча…

И где-то в России на эти же звёзды

Глядят наши мамы, молитву шепча.

 

И только на древних камнях Вавилона

Стремительный луч обозначит восход,

Завоют муллы, и проснётся со стоном

Свободой измученный местный народ.

И звёзды с небес улетят, как с экрана,

Наполнит духаны знакомая гарь…

Мы выедем в город, и наша охрана

Зажжёт на воротах зелёный фонарь.

 

Мы просто уедем и не оглянёмся,

Обычное дело – какой-то часок!

А дальше вы знаете. Мы не вернёмся,

И близким не станет нам Ближний Восток.

И где-то заплачут ромашки и клевер,

И кто-то качнётся в московской толпе…

 

Привет передайте  дороге на север

Багдадскому вору и Али-ба-бе…

 

 

 

А МОЙ ДРУЖОК В ЛИВАНЕ…

                                Игорю Яшину.

 

Сижу я на диване

С ледышкой в стакане…

А мой дружок – в Ливане,

Почти что на войне.

Не там, где по идее

Плясать бы на балу,

А там, где иудеи

Молотят Хисбалу.

 

Почти что дипломатом

Он ехал в эту лайв,

Но гады с автоматом

Ему сломали кайф!

Сидит, поди, в подвале,

Как загнанная мышь…

А кадры обещали:

Практически Париж!

 

Евреи всё серчают:

- Сдавайтесь, вашу мать!

Арабы отвечают:

Век воли не видать!

А друг мой по-пластунски

Гуляет под луной –

По камешкам бейрутским

В обнимочку с войной!

 

Вздыхает друг мой славный:

-Хреновые дела.

Не зря бабай их главный

Зовётся Насралла,

Нагадили в карьеру,

Господь меня прости!

Жаль, нет СССРу –

Порядок навести!

Что дяде Сэму надо –

Понятно, как вода:

Он ловит здесь  Нежада *

На вечного жида.

А сам затих у бухты,

Послав из-под знамён

На три большие буквы

Три маленьких: «оон»!

…Вот так дружок мой шутит

Почти без матюгов,

А сам баранку крутит –

Спасает земляков!

Припомнит про меня вдруг,

Как будто про долги:

Мол, если есть такой друг –

То не нужны враги!

 

И мне в московской дали

Икнётся наповал:

Зачем его туда я

Отрекомендовал!

Зачем писал: ручаюсь!

И подтверждал: могёт!..

И снова, огорчаясь,

Я бросил в виски лёд!

 

И мыслью заплескался

Остуженный глоток:

Да на кой он нам сдался -

Басмаческий Восток!

Не надобно нам лишних

Ни нефти, ни руды!

Пускай он Штатам Ближний,

А мне он – до балды!

 

А мне бы друг мой старый

Быстрей упал на грудь!

Чтобы не оторвало

Ему чего-нибудь!

Ему бы лишь домчаться

Из этой кутерьмы…

 

И за себя ручаться

Дней пять не будем мы!

 

                                 Август, 2006.

 

* Президент Ирана

 

 

 

МИШЕНИ

 

                                         В марте 1999 г. натовцы

                                         бомбили братскую Югославию

 

Ах, как верили мы:

                    вот закончится век,

Тишина, и сомнения прочь,

Позабыв, что до искуса слаб человек

И привычно  - до крови охоч…

Три сестры - три девятки, не зная вины

Календарный несли караул,

Когда кто-то на глобусе - с той стороны -

В три шестерки их перевернул…

 

                    Выбрана цель.

                    Боб и Мишель

                    Крыльями рвут высоту.

                    Люди - мишень, крыши - мишень

                    И огоньки на мосту…

 

Как же чудилось нам,

                    мол, не наш это бой

И не в нас этот дьявольский град.

"Ты не бойся, Россия, ведь мы же с тобой!" -

Горько шутит горящий Белград.

А в России - разор и своя маята,

От Державы - лишь пыль на траве.

Кремль играет в шута, банки прячут счета

И картаво острит НТВ.

 

                    Новая цель,

                    Боб и Мишель,

                    Завтра вам будет близка:

                    Новая вспыхнет в радарах мишень:

                    Новгород,

                              Питер,

                                         Москва.

Ах, как врем мы себе,

                    мол, ни против, ни за,

Подливая друг дружке в стакан…

Только матери наши

                    в тревоге

                              глаза

Обжигают о телеэкран.

Только милые наши, смотря в небосклон,

Обнимать стали крепче детей,

Только в храмах у нас

                    возле старых икон

Догорать стали свечи быстрей…

 

                    Что там за цель?

                    Боб и Мишель

                    Сходят с ума неспроста:

                    Прямо по курсу -

                                         нимб, как мишень,

Над головою Христа!

 

 

 

ЗА ТЕХ, КТО В ПОЛЕ...

 

Валет козырный лежит на даме,

И мел поземкой слетает с кия,

Все ближе осень,

И душу давит

Печаль по имени Ностальгия.

 

Нам это чувство давно знакомо,

Оно нам стало родным до боли.

Мы в поле выпьем

      за тех ,кто дома,

А дома выпьют

      за тех, кто в поле!

 

Сорвать бы шторы, сломать запоры

И напоследок окинуть взглядом

Чужие горы и наши норы,

И вечера, когда  выпить надо!

 

Нам это чувство давно знакомо,

Оно нам стало родным до боли.

Мы в поле выпьем

       за тех, кто дома,

А дома выпьют

     за тех, кто в поле!

 

Ах, наше поле, на нем не травы

И не березы, и не осины:

Приманка слева,

Подлянка справа

И ожиданье удара в спину.

 

Нам это чувство давно знакомо,

Оно нам стало родным до боли.

Мы в поле выпьем

       за тех, кто дома,

А дома выпьют

     за тех, кто в поле!

 

А из России не в радость вести,

А из России не веет сказкой,

Не веет лаской,

А веет местью

И веет вечной войной гражданской.

 

Нам это чувство давно знакомо,

Оно нам стало родным до боли.

Мы в поле выпьем

       за тех, кто дома,

А дома выпьют

      за тех, кто в поле!

 

Нам календарь наш, как флаг над лодкой,

И пусть сегодня нет даты нужной,

Найдется повод,

Была бы водка,

И этот повод зовется -

                            Дружбой!

 

Нам это чувство давно знакомо,

Оно нам стало родным до боли,

Мы в поле выпьем

       за тех, кто дома,

А дома выпьют

      за тех, кто в поле!

 

 

 

 

ЧЕРНАЯ ПОЛОСА

 

Мне опять до рассвета не спится

У чужого, скупого огня,

И удача - веселая птица -

Прямо в тучи ушла от меня.

Битый жизнью и ею же ученый,

От России уехавший прочь,

Полосою настигнут я черной -

Шириною в полярную ночь!

 

Только в песне не будут я плакать

В этом дальнем нерусском краю,

Нет бесценнее вещи, чем память -

Я на память надеюсь свою,

Я кручу ее, как кинопленку,

Словно спички в тайге,  берегу:

Вот речонка моя,

Вот девчонка,

Вот дорога в глубоком снегу…

 

Здесь у зим не такие приметы,

Здесь у весен другой перевал,

Здесь нацелены вражьи ракеты

На Москву и родимый Урал,

И на дальнюю точку на карте,

Где живет моя грустная мать…

Вы, ракеты, забудьте о старте -

Я зубами вас буду держать!

 

Пусть сегодня я корчусь от боли,

Будто в сумерках сбит на шоссе,

Чтоб любить белый свет этот дольше,

Нужно в черной пожить полосе.

Туча высохнет, ветер умчится,

И звезда засияет в окне,

И удача - веселая птица -

Снова на руку сядет ко мне!

 

 

НА ЗАПАДНЫХ ВОКЗАЛАХ

 

В плену у ностальгических видений,

От Родины за тридевять морей

Мы учимся на собственных прозреньях

По классам годовых календарей.

 

Споем-ка, друг, с тобою

          про медленный наш поезд,

Про гибель маркетанки,

          оторванный листок,

Споем-ка мы про то,

          как, вдруг забеспокоясь,

На западных вокзалах

          мы смотрим на восток.

 

Судьбу не всколыхнет корректировка,

И долг не засчитается в вину,

Недаром ведь загранкомандировка

Разлуками похожа на войну.

 

Но раз в году случается, ребята, -

Друзья нас отрывают от земли,

По площади Смоленской у Арбата

Маршруты кольцевые пролегли.

 

Споем-ка, друг, с тобою

          про будущий наш поезд,

Про песни маркетанки,

          березовый листок,

Споем-ка мы про то,

          как, вдруг забеспокоясь,

На западных вокзалах

Мы смотрим на восток.

 

 

 

 

 

ДЕЛО БЫЛО В РАЗВЕДКЕ

 

Я раздвину, как ветки,

Те года, что вдали…

Дело было в разведке –

Посерёдке земли!

Мы с товарищем – Петей –

Не дразнили врага,

Враг нас первым заметил

И полез на рога.

 

В голове – два пароля,

Еще глубже – шифры.

Петя вымолвил:

- Коля,

Нажимай на пары!

Чтобы в центре Европы

После стольких побед –

Мы достали из сердца

Драгоценный секрет!

 

…Друг мой тёртый и битый,

И печёный в золе,

Если слышит он: «Биттэ»,

То в ответ: «Сильвупле!»

Может выкушать – море

И закушать горой –

Это внешне он горе,

А внутри он – герой!

 

А ещё он на части

Разломает пятак,

А ещё он по части

Анекдотов мастак!

Про Чапаева с Анкой,

Да под Кузькину мать –

Тут его – только танком –

По-другому не взять!

 

… Ну а выхода нету

Ни вперёд, ни назад!

Неужели же спета

Наша песенка, брат?

Петя выплюнул: «Гады!»

И шагнул, как в сортир:

«Гутен таг, камарады!

Кто у вас командир?»

 

И сказал он старшому:

«Вам и нам нелегко.

Вот сейчас хорошо бы

Напоследок пивко!

Много сдёрнул я пробок

За свои сорок лет,

Но скажу без подколок –

Лучше вашего – нет!»

 

Их старшой был на морду

Патриот (как и я),

Срочно сделался гордым

И ответил: «Я-я!»

 

Мы сидели в таверне,

Что звалась «Два козла»

И, скажу откровенно –

Выпивали без зла.

 

А потом начал мучить

Петя их без речей –

Про Чапая, про  чукчу

И про всех ильичей!

И забыв о секрете,

Так смеялись враги,

Что шепнули в клозете:

«Не догоним – беги!..»

 

Нам такое два раза

Ни к чему повторять.

Только пиво, зараза,

Так мешало бежать…

С той поры тайны смело

Носит нам их старшой…

 

Так бывает, коль к делу

Ты подходишь с душой!

 

Я раздвину, как ветки

Те года, что вдали:

Дело было в разведке –

Посерёдке земли.

 

 

СВЕТОФОР

 

Что-то, ребята, в груди моей пусто,

Глохнет мотор, и в начале пути

Не покидает тревожное чувство:

Что-то намерено произойти.

 

Белые вороны, черные кошки,

Розовый ветер в нерусском саду…

Я откручу боковое окошко,

Крепкую скорость глотнув на ходу.

 

Так и летел бы меж точек и речек,

Но светофор перерезал разбег:

В круге зеленом пропал человечек,

В огненном круге стоит человек.

 

Ах, светофор – постовой непреклонный,

Я тормоза выжимаю, пыля,

Светлая Родина – круг твой зеленый,

Красный твой круг – неродная земля.

 

В круге зеленом –

          грачи прилетают,

Вертятся льдины, по рекам скользя,

Мама стареет, и сын подрастает,

И вспоминают все реже друзья.

 

А светофор – как заклинил на красном,

В спину гудки подгоняют меня,

И напрямик – перекрестком опасным

Я провожу заводного коня.

 

Я за чужую страну не ответчик,

Но не чужая – запомнит навек:

В круге зеленом –

          пропал человечек,

 В огненном круге –

          стоит человек!

 

 

 

ВОЗДУХ РОДИНЫ

 

Кто удивится, а кто засмеется,

Кто посветлеет лицом:

Воздух в Париже -

И тот продается

В баночке с тонким кольцом.

 

Мы улыбнемся заморским курьезам:

Что же, Париж, весели!

Правда, бывает,

Мы тоже увозим

Горстку родимой земли.

 

Сделали если бы -

Не для прилавка -

Тем, кому версты вразброс,

С воздухом Родины легкую банку

Я бы с собою увез.

 

Чтобы успеть, коль придется, ребята,

Мне пропадать где-нибудь, -

Вырвать кольцо, как чеку из гранаты, -

Воздух России вдохнуть.

 

…Кто удивится, а кто засмеется,

Кто посветлеем лицом:

Воздух в Париже - и тот продается

В баночке с тонким кольцом.

 

ЖАЛКО, НАШИ ДО ЖЕНЕВЫ НЕ ДОШЛИ...

 

Снова май, и снова горы зацвели,

Как салюты, у Европы на виду...

Жалко, наши до Женевы не дошли

В сорок пятом, сорок доблестном году!

 

Было б больше снега,

И мела пурга,

А часы "Омега"

Звались бы - "Ага"!

И чтоб не елозило лужей средь избы,

Мы асфальтом озеро

Закатали бы!

 

Жалко, наши не дошли до этих мест,

Было б где ополоснуть им сапоги,

И на знамени на красном  - белый крест

До сих пор бы не поставили враги!

 

Мы бы тут в подвалах

Поскребли в момент,

А на перевалах

Встал бы монумент:

Лед на пьедестале,

На усах - туман -

Вниз товарищ Сталин

Смотрит на Монблан!

 

Жалко ,наши не закончили маршрут,

А ведь Штирлиц сюда тропочку топтал,

Только Плешнер, как представил наших тут,

Так из форточки немедленно упал...

 

Друг, не улыбайся,

Не удар судьбы -

Мы сюда Чубайса

Пригласили бы,

В танке и кожанке,

Рыжий, как орех,

Он бы эти банки

Поделил на всех!

Жалко, наши не доехали чуть-чуть

В эту каторжную ссылку Ильича,

Мы в борьбе бы здесь за мир - по Ильичу -

Не оставили б на камне кирпича!

 

Виллы здесь не хилы,

Но прошу учесть,

Что в России вилы

В любом сарае есть!

Просто мы чужого

Сроду не хотим,

Даже если снова

Скоро победим!

 

И НИ СЛОВА О ЛЮБВИ

 

Я один - со мной тоска,

Как скрипучая доска,

Только дождик проливной надо мной.

Город Льеж и город Гент,

Сигарета марки "Кент"

И ни слова о любви - се ля ви.

 

Мой товарищ по тоске

С белой пылью на виске,

С перекатами вдоль скул - он хлебнул,

Видел кровь и слышал крик,

Он сказал:

-Терпи, старик,

И ни слова о любви - се ля ви.

 

Я послушный, я терплю

И обиды не коплю,

Что положено - плачу и молчу…

Но приснилось мне:

Зимой

Воротился я домой

И любимая со мной…

Боже мой!

 

Но я один - со мной тоска,

Как скрипучая доска,

Снова дождик проливной надо мной.

Город Льеж и город Гент,

Сигарета марки "Кент"

И ни слова о любви -

Се ля ви!

 

 

ЭМИГРАНТСКИЕ ПЕСНИ

 

Мир не так уж и тесен,

И опять узнаю

Эмигрантские песни

В заграничном краю.

Средь бравадного гама,

Среди блажи блатной

Мне послышалось:

«Мама,

          как хочу я домой…»

 

На Арбате и Пресне

Ты их больше не жди,

Эмигрантские песни,

Как слепые дожди,

То о жизни красивой,

То про вечный покой…

Ты прости их, Россия,

За разлуку с тобой.

 

И в портовой лавчонке,

Далеко от Руси

О российской девчонке

Прохрипит «Джи-ви-си»,

Среди мачтовых просек

Разнесется в тоске:

-                         А скажика-ка, матросик,

Как погода в Москве?

 

И обидчивый гений,

И непризнанный бог

Отряхают колени

У восточных дорог.

Кем вы были когда-то,

Так светло вспоминать,

Только в чем виновата

Ваша Родина-мать?

 

Слава Богу, поездил

Я по этой земле,

И купался в созвездьях,

И копался в золе.

Вколот в кожу иголкой

Был обратный билет,

Но смотрел кто-то долго

Самолету во след…

 

На Арбате и Пресне

Ты их больше не жди.

Эмигрантские песни,

Как слепые дожди.

Что им вздохи чужие:

«Же ву зэм, ай лав ю…»

Ты прости им, Россия,

Беспросветность твою.

 

МОРОСЯЩИЕ ЯНВАРИ

 

Говорят, что в России снег

В этот год в деревнях до крыш.

Ну а здесь - не зима, а смех,

И сады, как обломки лыж.

Ну а там - по полям щиты

И на окнах - узорный лед,

От Смоленска и до Читы -

Снеголет.

 

Полыхает в камине газ,

И не греет глоток вина.

В этом старом кафе "Бекас"

Приютились мы у окна.

Сколько раз нам еще встречать

Моросящие январи?

Ну не надо, мой друг, молчать -

Говори!

 

Говори, распрямляя бровь,

Про любовь и про Млечный путь,

Пусть ревнуют нас жены вновь,

Как всегда, не усвоив суть.

Говори про десятый класс,

Говори про Девятый май

И о тех, кто не помнит нас, -

Вспоминай!

 

Для кого-то, быть может, рай -

Это крашеная трава,

Но опять мы с тобой про край,

Где стреляют в печи дрова,

Где метелят метелицы,

Где лыжня по полям полян,

Где седые грустят отцы -

Под баян.

 

Говорят, что в России снег

В этот год в деревнях до крыш…

 

 

ПОСТОЯННЫЙ  КОНТРАКТ

 

Я забыл про него,

Но - свершившийся факт! -

Снова встретились наши пути.

- У меня, старичок,

                 "постоянный" контракт! -

Крикнул он, не успев подойти.

А вокруг за плечами -

                  чужая страна,

На знаменах - то сокол, то лев...

И ответил ему я:

- Держись, старина, -

По ошибке его пожалев.

 

И кипел он, и пел,

Бил ладонями в такт,

Припадал то к окну, то к вину,

Как он насмерть сражался за этот контракт,

Поменяв и страну, и жену,

Как топили его,

Но и сам он был "спец",

А теперь ему - черт не свояк!

Что младшой его -

                  русский забыл наконец,

А вот старший - не хочет никак!

 

...Я ему покивал,

Так как не понимал

Поначалу - к чему этот крик,

Ну а он свою душу со дна поднимал:

Кто еще, мол, оценит, старик!

Ты, мол, тоже держись

За красивую жизнь,

В этом деле товарищей нет!

- Ну ты понял меня?

И я понял, кажись,

И поднялся:

- Старшому - привет.

 

Я приеду в Москву и поеду в метро,

И газетку прочту на ходу,

У Никитских ворот

Погляжу на народ,

Потолкаюсь в Охотном ряду.

Здесь до матери шаг,

А до друга квартал,

Лишь тропинка к могиле отца...

И припомню того я,

Кто мне предлагал

Позабыть это все до конца.

 

Я его не виню

Да и не сохраню

Встречу ту, словно лед в кулаке.

Каждый выбрал, что мог,

Но храни меня Бог

Видеть сны на чужом языке.

Мне с ним водку не пить

И детей не крестить,

Но одно пожелать бы я мог,

Чтобы в дальнем краю

Эту песню мою

Его старший услышал

                              сынок!

 

 

 

БЕЗОПАСНЫЙ ОФИЦЕР                 

                           Б.Федячкину

 

Кто на бомбу грудью ляжет,

Если Родина прикажет?

Кто в дерьмо тебя макнет,

Коль начальник намекнет?

Кто у нас сторонник гласный

Полугласных строгих мер? –

Здравствуй, здравствуй, друг прекрасный –

Безопасный офицер!

 

Кой-каким не в пользу лицам

Часто жить по заграницам,

Кто до лавочек горазд,

Тот и Родину продаст.

Только рано, враг, не празднуй,

Нам чужих не надо вер! –

Здравствуй, здравствуй, друг прекрасный –

Безопасный офицер!

 

У посольства под забором

Сионисты воют хором,

Мол, в России нет свобод –

Пропадает их народ…

Кто на этот сброд ужасный

Целит кукиш-револьвер? –

Здравствуй, здравствуй, друг прекрасный –

Безопасный офицер!

 

Только выйдет за ворота,

А за ним филеров рота,

Жлоб шпионский на жлобе –

Уважают Ка-Же-Бе!

 

И кляня свой облик грязный,

Напевают сквозь прицел:

Здравствуй, здравствуй, друг прекрасный,

Безопасный офицер!

Друг он всякому таланту:

И послу, и коменданту,

А кому он враг навек,

Тот нечестный человек.

И собаки не напрасно

          тянут лапы сквозь барьер:

Здравствуй, здравствуй, друг прекрасный –

Безопасный офицер!

 

Льнут всегда к военным тетки,

Потому как – патриотки,

Вот и здесь в почете он,

Хоть и ходит без погон.

Снова слышен вздох неясный,

Томный взгляд из-за портьер:

Ах, какой же вы опасный,

Безопасный офицер!

 

Не виси у телефона:

Треп – находка для шпиона!

К тряпкам – ни на полшага –

Рвач – находка для врага!

Если запах – только квасный!..

И хочу я брать пример

Только с вас, о друг прекрасный,

Безопасный офицер!

 

                           1986 г.

 

 

 

ПРЕДАТЕЛЬ

 

…Он был средь нас, он жил средь нас,

Он пил средь нас, он ел

И песни наши русские

          он вместе с нами пел…

И снова не поймешь никак

Судьбу ты до конца,

Когда она в заложниках -

          у подлеца…

 

Ах, какие играли мы сцены,

Наши главные роли не счесть,

Но все падают, падают цены

На достоинство, дружбу и честь.

А давно ль, не скуля по наградам,

От рисковых качались мы дел!

И при этом всегда он был рядом -

Этот малый, что всюду успел!

 

Над Сибирью,

Родимым Уралом

Вьется тень временных поясов.

Нет за нами отцов-генералов

Или дядь - чрезвычайных послов.

За спиной запылают мосточки,

Вздумай кто предписать нам удел!

…Что ж вы сделали, дочки-сыночки,

С этим парнем, что всюду успел?

 

Где-то волны катают со стоном

Волга, Днепр и сам Енисей.

За Гудзоном он дышит озоном,

Заплатив именами друзей,

Но спиной к нему новый приятель

Не решается встать, как ни смел,

Он-то знает, что рядом -

          предатель,

Этот малый, что всюду успел.

 

Ах, какие играли мы сцены!

Наши главные роли не счесть.

Я хочу, чтоб не падали цены

На достоинство, дружбу и честь.

А еще я хочу, как и каждый,

Продержаться до судного дня

И в глаза посмотреть хоть однажды

Тому парню, что предал меня…

 

Он был средь нас, он жил средь нас,

Он пил средь нас, он ел

И песни наши русские

          он вместе с нами пел…

 

 

РОДНАЯ РЕЧЬ

 

Я не привык к чужому языку,

И сколько ни учил и ни старался,

Как будто конь о камни на скаку,

Я о чужие слоги спотыкался.

 

А рядом были асы,  знатоки...

Но холодело сердце мое снова,

Когда мои родные земляки

Вдруг русского не находили слова...

 

Родная речь!

От Родины вдали,

Где в слове "Русь" -

         значение крамолы,

Я опирался, как на костыли,

На чуждые, скрипучие глаголы,

 

И как последних спичек коробок

В таежном промороженном зимовье,

Я свой родной уральский говорок

Оберегал в трескучем чужесловье.

 

Спасибо, память, стражница-сова,

Что ты очей на службе не смыкала,

Не выпускала отчие слова

И без нужды чужие не впускала.

 

Пусть я высот служебных не достиг,

Хоть и постиг земные перегрузки,

Но не усвоил русский мой язык

Нелепой фразы:

       " Как это по-русски?.."

 

 

 

ЗАМЕНА

          В.Кулагину

 

Снова время раздвинуло стены,

И пою я для тех, кто поймет:

Не бывает хорошей замены,

Потому что

          товарищ уйдет,

Потому что на клеточке шара

Я не буду прикрыт со спины,

Потому что не сразу гитара

Без одной заиграет струны.

 

Путь он не был во всем безупречен,

Пусть не всякий с ним знался народ,

Пусть он не был начальством отмечен,

А скорей даже наоборот,

Но зато среди рая и ада,

Среди ночи и светлого дня

Я его понимал с полувзгляда,

Ну а он - с полуслова -

          меня.

 

Мы давно уже не желтороты,

И в природе - на случай беды -

Знаем все ее круговороты,

А не только вращенье воды.

И поземка, и ветер весенний,

И любовь, и погода, и век -

Все меняется в нашей Вселенной,

Только жалко, когда - человек.

 

Скрылся поезд, и рельсы остыли,

Отмигал семафор у моста.

Кто-то верно сказал, что пустыми

Не бывают святые места,

Но хороших замен не бывает,

Как костра не заменит нам лед…

Пусть не хмурится тот, кто меняет

Будет время - он так же споет!

               

                           1988 г.

 

 

 

А НУ, САШОК!..

 

Туман стеной над маленькой страной,

Здесь на туманы - вечный урожай.

Туманной дымкой над моей струной

Плывут слова:

"А ты не уезжай..."

 

Да нет, Сашок,

Налей на посошок!

Мне отчий берег видится вдали,

Я здесь давно мосты свои поджег -

К чему мосты на этакой мели!

 

Мы здесь за чьи-то боремся права,

За унесенных ветром на войне,

Да только сами - это ж дважды два -

Переселенцы

          вынужденные!

 

А ну, Сашок,

Налей  на посошок!

Быть может, завтра вспомню на Тверской,

Что позабыл на вешалке мешок,

Битком набитый нажитой тоской!

 

Любить для тела - значит не любить,

Дружить для дела - значит не дружить,

Не водку пить - так значит и не пить,

А жить не дома - значит и не жить!

 

Домой, домой -

По самой по прямой!

Где настоящий падает снежок,

Где настоящий ждет меня дружок...

А ну, Сашок,

           налей на посошок!

 

 

 

ЧЕРЕЗ СУТКИ МОСКВА

 

Через сутки - Москва,

Проплывают нерусские крыши,

Придорожный собор

К облакам привалился крестом,

Но уже, как платок,

Ветер краешек неба колышет:

Через сутки - Москва,

Через сутки - друзья,

Через сутки - мой дом.

 

Я писать не любил,

Потому что писать невозможно:

Про недвижность недель,

Про унылое слово "нельзя".

Но уже мой багаж

Заласкала глазами таможня:

Через сутки - мой дом,

Через сутки - Москва,

Через сутки - друзья!

 

Я не бил себя в грудь -

Я Россию любил безголосо

И на тысячу дней

Свое сердце убрал в погреба,

Но заботливый Брест

Нам опять поменяет колеса:

И уже от стекла ни на миг не отнять

Мне горячего лба…

 

Через сутки - Москва,

А пока - все нерусские крыши,

А пока ветерок

Не по-русски поет у виска,

Но, как мамин платок,

Ветер краешек неба колышет:

Через сутки - мой дом,

Через сутки - друзья,

Через сутки - Москва!

 

 

ТАМОЖНЯ В БРЕСТЕ

 

До свиданья, заграница,

Здравствуй,

          край знакомых мест,

Пограничная столица,

Долгожданный город Брест!

Стук сапожный, лай тревожный,

И бросается на нас

Наша славная таможня -

Руки - крюки,

Глаз - алмаз!

 

Мой сосед вздыхает, лежа,

Очень черный он с лица.

Говорят ему:

-                         Сережа, выходи проветриться!

Заметался он по клетке,

Мол, по-русски не могу,

Размечтался он о ветке,

Где сидел до МГУ.

 

Не взирающий на лица,

Захлестнул девятый вал!

Если ездил за границу,

Значит - совесть потерял!

Слева шмотку раздирают,

За окном кричат: "Лови!"

Справа тетку раздевают,

Но совсем не для любви!

 

Образцовая свирепость,

Неприступный Ке-Пе-Пу!

Не прорваться в город-крепость

Не на танке, не в гробу!

Здесь служивым не до жиру,

Здесь почин у них таков:

В каждой сотне пассажиров -

Сотня, минимум, врагов…

Я три года не был дома,

Я к окошечку приник:

Все родимо, все знакомо -

Тот же лай и тот же крик.

Отобрали все, что можно,

Что не можно - то при нас…

Ты прощай, моя таможня:

Руки - крюки,

Глаз - алмаз!

 

ГЛУХОМАНЬ

 

Когда растянут перегрузки

В душе невидимую нить,

Иду я на берег нерусский -

Покрепче губы закусить.

 

На берегу - ни волн, ни ветра,

А вдоль по берегу - везде -

Стоят таблички:

     ближе метра

Нельзя приблизиться к воде...

 

Здесь тишиной мне не напиться,

Здесь не остынет голова,

Но ведь вода - везде водица,

Но ведь трава - везде трава!

 

И не давая воли нервам,

И выдав трубке огоньку,

В который раз я вспомню Нейву -

Мою уральскую реку.

 

Представлю я легко и просто,

Что из чужбины кочевой

Я в отчий край нагряну в отпуск -

Чуть постаревший, но живой!

 

На "кукурузнике", попутке

Я долечу, я добегу...

 

И будут славные минутки

На настоящем берегу!

 

Я расскажу своим ребятам,

Чтоб посмеяться, не грустить,

Об этом озере проклятом,

Где в воду рук не опустить.

 

И сигарету бросив в пламень,

Мой друг промолвит:

 - Дело дрянь...

А вслед другой:

- И чо ты, парень,

Залез в такую глухомань?

 

ОБИДА

 

Ты не дай обиде разгореться,

Пусть она горюча и остра.

Никому в округе не согреться

У такого зябкого костра.

Так вот -

          возле насыпи высокой

Выросший на гибельном краю

Разве обижается подсолнух

На судьбу короткую свою?

Так вот, когда, скинувши рубашки,

Косари выходят на луга,

Разве обижаются ромашки,

Гвоздиками вбитые в стога?..

 

Ты ведь не любил ходить по кругу,

Будто бы привязан у столба,

Вот и поднесла тебе разлуку

Родина,

А значит - судьба.

Просто ли скитаться в одиночку,

Зная, что слетаясь, как в рои,

Жизнь свою не прячут в оболочку

Сверстники веселые твои?

Зная, что нещедрую кукушку

В недалеком выслушав лесу,

Снова о больничную подушку

Мама твоя вытерла слезу…

 

Но когда от гибельных морозов

Цепенеет в ужасе простор,

Разве обижается береза,

Падая в спасающий костер?..

 

 

 

ГИМН РАЗВЕДКИ

 

В языке нашем русском не счесть

Слов красивых и фраз раскалённых,

Но – «достоинство, доблесть и честь»-

Пламенеет на наших знамёнах!

Потому что, за нами – страна,

Без которой мы мало что значим,

Пусть мы прячем порой имена,

Но за пазухой камни не прячем!

 

        Припев:

Такая вот работа, а правильней – судьба,

До крови и до пота, лишь позовёт труба!

Дорожная разметка, небо и волна…

Пока живёт разведка –не пропадёт страна!

 

Пусть он долог, незримый наш бой,

Но затем и пошёл ты в разведку,

Чтоб для тех, кто идёт за тобой,

Придержать отведённую ветку,

Чтоб хлестнуть не смогли по лицу

Из засады ни смерчи, ни войны,

Чтобы недругу и подлецу

Не жилось в этом мире спокойно!

 

Не за чин, не за денежный куш

Не жалеют себя мои братья,

Нам отцы в тайники наших душ

Заложили святые понятья,

Чтоб сумели мы их пронести

Сквозь границы, разлуки, обиды!

Да поможет нам память в пути,

Словно зеркало заднего вида!

 

Где-то гаснут в Москве фонари,

День приходит в родную столицу,

Закури, мой дружок, покури

И дымком занавесь заграницу.

Завтра вновь телеграмма уйдёт,

Будет роль, но не будет оваций.

Пусть нас кто-то добром помянёт

В коридорах далёких инстанций!

 

 

 

ОСОБЫЙ ПРАЗДНИК

 

Декабрь – всегда пора забот,

Итогов разных,

Но дверь входная в Новый год –

Чекистский праздник!

Пусть не раздавит в душах лед

Любовь и дружбу.

За Новый год!

За наш народ!

За нашу Службу!

 

 

 

ТОСТ В ВЕЛИКИЙ ПОСТ

 

Сегодня мы поднимем тост

И тост наш будет прост

(Пусть не осудит нас Господь

За тост в Великий Пост) :

 

За тех, кто смело в бой идёт,

От страха не дрожа,

За тех, кто трудно – но живет,

Отечеству служа!

 

Придёт беда – мы встанем в рост,

Подобные стене!..

У нас вся жизнь – Великий Пост –

Служение Стране!

 

            23 февраля 2007

 

 

КИРПИЧЕНКО

 

                      «…Любовь к разведке, как и любовь к  родине,

                         может быть только односторонней…»

                                                   Из книги В.А. Кирпиченко.                

 

Вадим Алексеевич!

В мире жестоком,

Где часто за правдою прячется лесть,

Порой очень надо сказать о высоком,

Тем более – повод для этого есть!

 

Судьба никогда не бывает вакантной

Для тех, кто не просит удачу «на бис»…

Вас помнит 103-й Воздушно-десантный,

Вас  помнит Кабул и Каир, и Тунис!

 

Есть люди - легенды, есть люди – герои,

А есть еще те, кто сияют вдали,

Как горы у Рериха – где за горою –

Бездонная мудрость родимой Земли.

 

Нам только мечтать о подобных масштабах!

А Вам это было легко и под стать:

И в «поле» пахать, и командовать штабом,

Мирить президентов и книги писать!

 

Одной Вашей жизни хватило природе,

Чтоб тысячи судеб согрела она,

И то, что разведчик в запас не уходит -

Вы жизнью своей подтвердили сполна!

 

Не зря же в сегодняшней дате, как в призме,

Едиными гранями отражены:

История Службы, История Жизни,

История нашей Великой Страны.

 

Учась у Вас издавна слову и делу,

Поправим одну лишь из Ваших страниц:

Любовь к Вам  Разведки – не знает пределов!

Любовь к Вам  Росссии – не знает границ!

 

 

25 сентября 2002года                        

 

.

АКАДЕМИЯ  СВР

 

Нет здесь адреса на конверте,

И не ходит народ чужой

На негромком лесном объекте,

За дорогою кольцевой.

Здесь живет, раздвигая ветки

В мир огромный, как Гуливер,

Боевой резерв разведки -

Академия  СВР!

 

Просто сосны, и просто люди,

Просто утром к руке рука…

Но начало берут здесь судьбы,

Будто реки из родника.

Кто-то целит в карьеру метко,

Кто-то множит свою казну…

А мы просто пошли в разведку  -

За  Россию, свою страну!

 

В дальних странах и вражьих станах

Средь суровых «разведполей» –

Будем помнить мы ветеранов –

Командиров-учителей.

Рано тоже года итожить

Им, пришедшим с передовой –

Ведь судьба не напрасно схожа

С этой трассою кольцевой!

 

Ждут берлины и ждут бейруты,

Ждут мосты у чужой реки,

Ждут проверочные маршруты

И «наружка», и тайники…

Только нас никакой экватор

Не заставит, месье и сэр,

Позабыть нашу Альма матэр –

Академию СВР!

 

Кто-то целит в карьеру метко,

Кто-то множить спешит казну…

А мы просто пошли в разведку –

За Россию – свою страну!

 

 

САНАТОРИЙ  "ПРАВДА"

 

В Сочи праздник, в Сочи лето,

В Сочи ночью горячо,

Прилегли, как эполеты,

Ветки пальмы на плечо,

Все домашние заботы

В синей дымке не видать,

И приказа нет:

"Работать!",

Есть команда:

"Отдыхать!"

 

                Отдыхай, как надо,

                Попивай нектар!

                Всем на грудь награда -

                Золотой загар!

                А еще награда -

                В сердце благодать!

                Санаторий "Правда" -

                Не умеет врать!

 

И зимою, и весною

Вспоминаться будут мне

Это пиво ледяное,

Эти женщины в огне,

Золотая мачта лифта

И роскошный циферблат...

Сколько выпито-налито

В баре с вывеской "Фрегат"!

 

Нас на Рижском взморье нету,

Без боев оставлен Крым,

Потому ошибку эту

В Сочи мы не повторим.

По волне летает песней

Лодочка моторная,

Загранпаспорта полезней -

Книжка санаторная!

 

По обугленным коленкам

Ветерки гуляют вскачь,

Для полковника Скляренко

Непосильных нет задач!

Захандришь - найдет причину,

Сыпанет здоровья горсть,

Кто бы ни был ты по чину -

Для него ты - лучший гость!

 

             Плещется в стакане

             Сочинский букет,

             В "Правде", как и в бане ,

             Генералов нет!

             Нет команды "вольно"

             Для разведврача,

             Будут все довольны -

             У Григорьича!

 

             Отдыхай, как надо,

             Попивай нектар!

             Всем на грудь награда -

             Золотой загар!

             А еще награда -

             В сердце благодать.

             Санаторий "Правда"

             Не умеет врать!

 

 

ИМ МЕСТО ВСТРЕЧИ ИЗМЕНИТЬ НЕЛЬЗЯ

 

Когда решат уставшие друзья,

Что раз в году душой оттаять надо,

Им место встречи изменить нельзя,

И это правда, и это «Правда»

 

Оставлен дома выслуги багаж,

И под крылом проявятся красиво:

Хрустальный берег, сочинский пейзаж

И море пива, и море пива!

 

Тут звёзды низко, словно на плечах,

Всю ночь пылает лунная кокарда,

Здесь самый лучший уголок в Сочах –

И это правда, и это «Правда»!

 

Здесь ветерки, как соловьи в кустах,

А парашюты в небе, как кораллы.

В каких ещё увидите местах,

Чтоб табуном летали генералы!

 

…Пусть ты прошёл Кабул или Париж,

Вовсю травя легендную баланду,

И только в Сочи ты боготворишь

Одну лишь правду, и только «Правду»!

 

Жить и работать, лампой не светясь,

Учила Служба вовсе не из лени,

И только здесь возможно, не таясь,

Шагнуть на солнце,

Шагнуть из тени!

 

 

 3.    И ОПЯТЬ ВСТРЕЧАЕТ РОДИНА

 

 

 

В ОТПУСКЕ

 

Снова тёплою краской нальётся

Летний день под названьем «среда».

Как аукнется, так отзовётся –

На Руси говорили всегда.

 

Я стою в середине недели

Посерёдке родимой земли

И смотрю, как уральские ели

Синей дымкою даль замели.

 

Не схвативший за пёрышки славу,

Не поймавший кураж на весло –

Что я сделал для этой Державы,

Чтобы так мне беспечно везло?

 

Чтобы так мне спалось на рассвете,

Чтоб такой вот поймался карась,

Чтоб красивые девушки эти

Шли навстречу, глазами искрясь?..

 

Не по праву ты полон весельем

И толкаешь торжественный спич –

Отпускным изумлённый бездельем,

В отчий дом залетевший москвич!

 

Воробьиная села семейка

На подсолнушек исподтишка,

Школьный друг завернул на скамейку:

«Сдал посуду – купил портвешка…»

 

Мы за родину выпьем на славу.

Выйдет мама: «Давай провожу…»

Не качай головою, Держава,

Отпуск кончится – я отслужу!

 

 

 

БЕРЁЗА НАД ХРАМОМ

 

Райский сад, католический храм,

Виноградный разлив в отдаленье…

Только я – без крестов и без рам

Вдруг припомнил другое строенье.

 

Староветхая церковь моя

В полустёртом уральском посёлке,

Где реки кружевные края

Заплывают под синие ёлки!

 

Чем виновны вы перед судьбой –

Моя родина, люди и вера,

Что всё терпите этот разбой

От ничтожной души изувера!

 

Выжечь фрески паяльным огнём,

Выбить молотом лики святые,

Сжечь иконы, не мысля о том,

Что придут поколенья иные…

 

Перетерпим и этот позор,

Ветром хлынувшим высушив слёзы,

Ведь не зря через купольный сор

Прямо к солнцу пробилась берёза!

 

Расцвела, осветила окрест

Позабытые вехи и метки,

Заменила низвергнутый крест,

Пораскинув корявые ветки…

 

Будет стройка, забудется срам,

Приживётся берёза в ограде…

 

Райский сад. Католический храм.

Дождик утренний на винограде.

 

                             Испания, 2006.

 

 

               *   *   *  

И опять встречает родина,

Ветерком толкая в грудь…

Не дожил отец до ордена –

Юбилейного – чуть-чуть…

Не дожил, а было много ли

За спиной годов и вёрст!

Мне вослед берёзы охали,

Когда шёл я на погост.

 

…Слышишь, батя!

В звоне башенном

Вышли роты к рубежу!..

Я на столике покрашенном

Все награды разложу…

Слышишь, батя! –

К полю братскому подкатился юбилей!

Видишь –

Строю ветеранскому

Поклонился мавзолей!

И мортира за мортирою

Шлет салюты к небесам!..

 

Я тебе прокомментирую

Весь твой праздник – по  часам…

 

Не дожил отец.

Качается

За окном обратный путь.

 

Ещё как оно считается –

Это самое «чуть-чуть»…

 

 

 

                   *    *    *

Две звезды над рекой заблистали,

Озарили родное село…

Думал – ноги мои подустали,

Оказалось,

Что душу свело…

 

Падал медленным ястребом вечер,

Удивлённо скрипел краснотал…

Думал – бросят мне руки на плечи,

Оказалось – никто не узнал.

 

Постоял у знакомых перил,

Пробежался глазами по крышам.

«Здравствуй, родина!» - проговорил.

Даже лая в ответ не услышал.

 

 

 

БАЛЛАДА О ПОЧТОВОМ ГОЛУБЕ

 

Ему новый  хозяин перо подрезал

И ворчал:

    - Вот упрямая тварь!

Вырастало крыло, и опять улетал -

Этот голубь, породы почтарь.

Уж такая у них, у почтовых черта -

Быть родному гнезду верняком!

Из чужбины любой, лишь качнет высота -

Они к дому летят прямиком.

 

Честь по чести - его возвращали опять,

Если продан, то спор ни к чему.

Выпускали на крышу гулять-привыкать,

Крылья  нитками спутав ему.

А хозяин в отчаянье горькую пил

И морщины гонял меж бровей,

А наутро пошел и голубку купил -

Молодую, заморских кровей...

 

Как призывно сияли почтарки глаза,

Как вздыхала она тяжело,

Как она поднимала, по крыше скользя,

Словно крышку рояля, крыло!

И ходил он за ней и о ней ворковаал,

Для нее чистил перья с утра...

И хозяин ладони внизу потирал

И развязывал нитки:

                     - Пора!

 

...И взлетел он опять над землей неродной,

А голубка легла на карниз,

В первый раз он кругами, а не по прямой,

Все летал и поглядывал вниз,

А потом будто что-то вдруг понял опять,

Будто смехом плеснул с высоты

И ушел в облака,

А хозяин ломать

От бессилия начал шесты...

 

И опять был обратно доставлен беглец

В расписной ненавистный сарай,

И хозяин, отравленный злобой вконец,

Сунул голубя сыну:

        -Бросай!

И рванул он, ликуя, в свою синеву -

Победитель, сородич стрелы!..

 

Но с земли прогремели вдогонку ему,

Навсегда возвращая, стволы...

 

Уж такая у них, у почтовых черта -

Дом родной им святого святей...

 

Вот бы так у людей, да порода не та

И не та высота

                    у людей...

 

 

 

ДИКАРЬ

             Тане

 

А каких голубей мы держали!

«Туляков», «вертунов», «почтарей»…

Высь кроили крылами-ножами

Птицы самых отборных кровей.

 

На обедах рубли сэкономив,

Втихомолку от мамок своих

Покупали хохлатых, бантовых,

Мохнолапых и всяких других.

 

А напротив резных голубятин,

За разбитым чердачным окном,

Жил дикарь – длинноносый, как дятел -

Без бантов и с облезлым хвостом.

 

Сколько вслед мы ему ни свистали,

Все равно, нашу злость распаля,

Он врывался и сманивал стаи

За чужие сады и поля.

 

Но однажды сосед деловито –

Наконец-то дошла, мол, рука! –

Вместе с форточкой, ветром разбитой,

Застеклил и окно чердака…

 

Третьи сутки – ни много ни мало –

Бил крылами дикарь о стекло:

Там, в чердачной пыли, умирала

И звала голубица его.

 

Нам, ценителям крошечных клювов,

Развлеченьем все было на час:

Отвернулись, презрительно плюнув,

А смотрел-то он, вроде, на нас.

 

Вдруг он взмыл убывающей точкой

Ввысь, где паводком небо текло,

Разогнался, сложился комочком –

И ударил с размаха в стекло…

 

Далеко за плечами то утро,

Стала память на детство скупей,

Только я стой поры почему-то

Не держал дорогих голубей.

 

 

ЗАБЫТАЯ "СТРЕЛКА"

 

А в начале всех дорог

Мир был тесен -  круг широк,

Жили в круге том друзья легко и гордо.

Кто молчун, кто говорун,

Как гитарные шесть струн -

Без единого фальшивого аккорда.

 

Забывать я не хочу, как могли плечом к плечу

Мы пройти тогда любую переделку,

Как стоял за брата брат

И как двадцать лет назад

Мы, как нынче говорят," забили  стрелку".

 

Отчего же лишь вдвоем

Мы со старым другом пьем

В день назначенный за тех, кто не явился?

Пьем за каждую струну,

За наш город, за страну

И за то, чтобы наш круг не позабылся.

 

Двадцать лет не пустяки,

В них - обиды и грехи,

Встречи новые и новые святыни.

Кто-то не пришел с войны,

Кто-то пленник у жены,

Кто-то лучшей доли ищет на чужбине.

 

...Мы покурим, помолчим,

В телефоны побренчим

По знакомым номерам на всякий случай.

Не ответят нам друзья,

А над крышами скользя,

Набегут и разбегутся снова тучи.

 

Улыбнется старый друг:

 -  Мир стал шире - уже круг,

Еще раз давай за тех, кто есть в помине,

Тех, кто не пришел с войны,

Тех, кто пленник у жены,

Тех, кто лучшей доли ищет на чужбине.

 

 

БЕЛЫЕ ПОЛЕНЬЯ

 

Затопила мама печь

Белыми поленьями.

Хорошо с дороги лечь -

К потолку коленями,

Будто вдаль не унеслось

Зим четыре короба,

Будто вовсе я не гость

Из большого города.

 

Замело былую грязь

Белою порошею.

Только мать и дождалась,

Да друзья хорошие,

Ну а та, кто столько лет

Каждой ночкой снилась,

Мне украдкою вослед

Лишь перекрестилась…

 

От конца и до конца

Я поселок вымерю,

Над могилою отца

Сигарету выкурю.

-                         Чей же будешь-то, юнец? -

Спросят долгожители

И вдогонку:

-                         Молодец,

Не забыл родителей…

 

Стог соломы, как луна

Светит над пригорками,

Настоялась тишина

На березах с елками.

Обронил заботы с плеч

Ветками оленьими…

Это мама топит печь

Белыми поленьями.

 

 

 

ФЕВРАЛЬСКАЯ УЛИЦА

 

Не в лихую дымную годину,

Не в чумную пляску воронья, -

За два мая вдруг наполовину

Крепкая уменьшилась семья.

 

Будто рухнул свод в дому родимом,

И поплыл под медленную медь

Младший брат мой –

            солнышко- Владимир,

Не успевший миром повладеть.

Падал стон в могильную траншею,

В русой прядке – пепельная нить…

Что там было с мамою моею –

Я про то не буду говорить…

 

И ещё оградку я не запер

На еловый выломанный прут –

А уже прицеливался снайпер

С иноземным именем –

Инсульт.

И легли отцовские медали

На крутом бессмысленном краю.

Ветками берёзы обнимали

Маму онемевшую мою…

 

Мы бредём по улице Февральской,

По короткой самой на селе,

Мы бредём с тобою по уральской,

В стужах промороженной земле…

 

- Я сейчас уеду, понимаешь,

Ненадолго, в близкие края…

Что же ты так пальцы мне сжимаешь,

Бедная, хорошая моя!...

 

Я стерплю, судьба, любые раны,

Прикажи разбиться иль сгореть,

Но не присуди мне – раньше мамы,

Раньше моей мамы

                        умереть.

 

 

ЕКАТЕРИНБУРГ

 

Только раз в году,

Но зато не вдруг,

Я в родной войду

Екатеринбург,

 

И пойду туда,

Слов не говоря,

Где живет беда

Русского царя.

 

Я из этих гор,

Где сосна к трубе.

Я живой укор

Самому себе.

 

...Здесь поставят храм,

А пока что - крест...

 

Только здесь мне

                       срам,

Что из этих

                       мест.

 

 

         *  *  *

Что происходит?

А то происходит -

Милая родина в землю уходит.

Едешь домой -

От версты до версты

Россыпью бревна, зола да кресты...

 

Что происходит?

А то происходит -

Сонный начальник по кладбищу ходит:

"Что впереди? -

Расширяем погост,

Ждем в этом деле

Великий прирост..."

 

Что происходит?

А то происходит -

Сеяли правду,

Да что-то не всходит...

 

Черные руки, испитые лица:

"Здравствуй, родимый,

Приехал проститься?.."

 

 

 

УРАЛ  МОЙ ДОРОГОЙ! 

 

В России мест немало,

Где жизнь так хороша!

Но к Среднему Уралу

Прикована душа.

Края мои родные!

Я век готов смотреть

На камешки цветные,

На Нейву, на Исеть!

Истории повозка

Проделывает круг –

Из города Свердловска

В град Екатеринбург.

Из древнего начала

Молва летит, звеня:

             Россия без Урала –

             Как печка без огня!

Знакомые картинки,

Понятные без слов:

Татищев на плотинке

И в скверике Свердлов.

Поклонимся, уральцы,

В печали и любви –

И воину-афганцу,

И Храму на крови!

Подсвечивает тропы

Рябины уголёк,

Из Азии в Европу

Мы ходим на чаёк!

И никнут трубы снова

К сосновому стволу,

И крепко держит соболь

Калёную стрелу!

А если вдруг  войною

Враг тронет  рубежи,

Наполнятся бронёю

Былинные ковши!

И сгинет, как бывало,

Любая саранча!

            Россия без Урала –

            Как воин без меча!

Кедровые иголки,

Пригорки у реки,

Рабочие посёлки,

Трудяги-городки!

То снежный, то горячий

Урал мой дорогой!

А Средний – это значит,

Что рядышком с душой!

 

 

 

ЖИВИ, РОССИЯ! ЖИВИ, УРАЛ!

 

 

В самом центре великой российской земли,

По старательским тропам и горкам -

От Екатеринбурга дороги легли

К городам и рабочим посёлкам.

Над Тагилом туман, а над Ивделем снег,

Над Пышмой снова солнце в зените:

Так велик мой Урал – перечислить  бы всех

Золотою строкой на граните !

           Припев:

      Живи, Россия! Живи, Урал!

      Бывают краше края на свете,

      Я край свой милый не выбирал,

      Я принял сердцем просторы эти!

 

По высокому берегу скалы встают,

По пологому – лес над водою.

И уральский узор без труда узнают

Перелётные птицы весною.

Здесь и в мир и в войну знали правду одну:

Тот не жил, кто труда не изведал.

И склоняясь к огню, здесь творили броню

И ковали Отчизне победу!

         Припев.

 

Мы в Европу и в Азию ходим пешком,

Мы отцовские помним заветы.

Нам рябины-красавицы машут платком,

И земля всё родит самоцветы!

Чтобы цвёл мой Урал, как сады по весне,

Ради силы былинной и славы -

Мы потомкам своим наказали в письме:

Берегите опору Державы!

         Припев:

 

     Живи, Россия! Живи, Урал!

     Бывают краше края на свете,

     Я край свой милый не выбирал,

     Я принял сердцем просторы эти!

     

 

КОМУ ТЫ НУЖЕН?

 

Я как будто занедужил,

Слышу голос за спиной:

- Ну скажи, кому ты нужен,

Кроме матери родной?

Кто поймет и не осудит,

Лист почтовый теребя,

Кто печаль твою остудит,

Кто поплачет за тебя?..

 

Ну а если нет спасенья,

Мир, как жуткое кино -

Под кладбищенской сиренью

Твоя матушка давно,

Если дом твой перевьюжен,

Если окна без огней,

Ты скажи - кому ты нужен,

Кроме Родины своей?

 

Кто-то в гору, кто-то в нору,

И жена, махнув с крыльца,

Сыщет новую опору,

Сменит камень у кольца,

Но на дальнем перегоне

Будут душу согревать

Две горячие ладони,

Это - Родина и мать!

 

Потому опять и снова,

Будто вены на руке,

Два заветных этих слова

Рядом в русском языке.

Пусть сияют, завлекая,

Чужедальние края…

Там, где матушка родная,

Там и Родина твоя!

 

 

ЛЕДНИКИ ПАМЯТИ

 

Вот и осень пришла в этот край и озерный и горный,

Но ладони долин от ветров пока прячут тепло,

И приклеился накрепко лист золотисто-узорный,

Как виньетка дорожная на лобовое стекло.

                    Дорогие мои, не судите меня, Бога ради,

                    Где-то в доме родном мое фото пустив по рукам.

                    На крутой перевал по звенящей чужой автостраде

                    Я лечу к голубым ледникам.

 

Я лечу и шепчу как молитву заклятье туману,

И услышав молитву, сложил свои крылья туман,

А дорога свернулась клубком, провожая к Монблану,

Заменившему мне в этой местности самообман.

                    И уже подо мной альпинисты ссутулили плечи,

                    И летучий вагон паутинку ткет из облаков,

                    Унося меня ввысь, где царевною властвует вечность

                    В теремах голубых ледников.

 

Я в пещеру войду, ледяные потрогаю стены,

По векам и эпохам легко пробегая рукой

И как реки весной, вдруг наполнятся все мои вены

Животворною памятью, будто живою водой.

                    Жемчуга пузырьков, будто капсулы, впаяны в своды,

                    Чьи-то души храня и не ведая тленье веков.

                    Здесь вращенье свое в честь природы замедлили воды,

                    Превратившись в хрусталь ледников.

 

Боже мой, почему ж так неистово тянет к истокам,

К ледникам и колодцам, пульсирующим среди мглы.

Это нас-то, бродяг, промышляющих в мире жестоком,

Тем, что крутимся и обживаем чужие углы.

                    Дорогие мои, мною брошенные человеки,

                    Братья, сестры, товарищи и старики,

                    Пусть же память о вас и любовь к вам на вечные веки,

                    Мне хранят вдалеке ледники.

 

 

4. ТО НЕ РОССИЯ ВИНОВАТА

 

 

 

ЗЕМЛЯКИ-ИНОСТРАНЦЫ

 

Раскроили  Державу.

 Как будто ножом

По живому порезали острым,

И остались нечаянно за рубежом

Наши русские братья и сёстры.

Будто бы среди волн в развороте крутом

Захлестнула незримая сила…

«Человек за бортом!

Человек за бортом!…»

Но не сбавила хода Россия.

 

Не нужны им от нас ни калач и ни соль,

Не нужны ни матрёшки, ни танцы.

Они тихо стоят у российских посольств –

Земляки, чужаки-иностранцы.

Как они берегут эту тонкую нить –

Не за деньги иль статус державный,

Всё готовы отдать, только бы сохранить

Русский паспорт и крест православный!

 

Отвечают они за всех русских людей,

Обжигаясь о злые улыбки,

За твоих близоруких, Россия, вождей,

За твою доброту и ошибки.

Не казахи, не «азеры», не латыши,

Хоть вросли в эти воды и суши…

Я прошу тебя, Родина, ты не спеши

Забывать их славянские души!

 

…Будто бы среди волн,

В развороте крутом

Захлестнула незримая сила…

«Человек за бортом! Человек за бортом!..»

Обернись и дай руку, Россия.

 

 

 

РОССИЯ  - ВОТЧИНА ОБМАНА

 

Как будто явь после дурмана

Плывет из глаз – и не зови!..

Россия – вотчина обмана?

А было – родина любви!

 

Десант в горах сожжён поротно,

Вмерз обелиск в слюну юнцов…

Россия – страха подворотня?

А было – родина борцов!

 

В пивной баварской -

        недобитый -

Фашист мне тыкал под ребро:

«Твой Русланд – вас ист хойтэ, биттэ? –

Твой Русланд хойтэ ист зеро!..»*

 

Я пиво в бешеную морду

Дипломатично не плескал,

На дне стакана зло и гордо

Я долго истину искал

 

И размышлял:

« Мычать вам рано

Моей России «се ля ви»,

Быть может, ложь ей, словно манна,

Что без обмана нет любви…»

 

…Но в храме

                ликами простыми

С небесной праведной стези

Качали горестно святые

Всея невылганной Руси…

 

БРАТЬЯ-СЛАВЯНЕ

 

Вот фраза, что нелепостью полна:

«Российско-украинская война…»

 

Конфликт замят,

Бредовый снят накал,

Нелепицу забыть

И гордо грянуть туш бы!

 

…Но вот опять в газете прочитал:

« Дневник российско-белорусской дружбы»…

 

 

ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ  СИТУАЦИЯ

 

Что ни новости, то прострация

Среди лопнувшей тишины:

Чрезвычайная ситуация –

Состоянье моей страны.

 

Что ни мюзикл, то овация

Под шахидские пояски:

Чрезвычайная ситуация –

Состоянье моей Москвы.

 

За кусок привыкаю драться я

У безденежья полыньи:

Чрезвычайная ситуация –

Состоянье моей семьи.

 

Как тревоги сигнализация

Письма мамины из глуши:

Чрезвычайная ситуация –

Состоянье моей души.

 

…Глаз острее.

Быстрей реакция.

Ниже брови

И шире рот:

Чрезвычайная ситуация –

Эволюции задний ход.

 

 

ЭТО ЕЩЕ НЕ РОССИЯ

 

- Как он зовется, - спросил я, -

Душу обугливший свет?

- Это еще не Россия, -

Тихо сказали в ответ.

 

- Лапти и косоворотки,

Ласковые имена,

В шубах собольих красотки?..

 

- Это еще не она.

 

- "Гениев" лживые басни,

Кукольный бред баррикад,

Перевороты и казни?

- Ты ошибаешься, брат...

 

- Может быть, вера - вот эта,

Рвущая наши уста?..

Так и не дал мне ответа,

Ждущий Христа у креста.

 

Пьяный без водки и браги,

Шел я без песни и зла.

Всюду - цветастые флаги,

Всюду России хвала.

 

В толпах кричали "мессии",

И колыхалась молва...

"Это еще не Россия..." -

Припоминал я слова.

 

Словно чернильная клякса,

Я цепенел меж людьми.

Кто же заставил их клясться

В этой гремучей любви?

 

Кто ж он, Россия, твой витязь,

В сети сплетающий нить?

Кто, чтобы возненавидеть,

Всем

      тебя дал

             полюбить?

 

1991 год, Москва

 

ПУТЬ ОТВЕТНЫХ РЕПРЕССАЛИЙ

 

Вот так всегда: война, так уж война,

И если «надо!» - Родина сказала –

Не будем пить грузинского вина,

Не будем грызть украинское сало!

 

И если гадом оказался брат,

В кармане мы держать не станем фиги,

Но проклянём молдавский виноград

И в унитаз бальзам сольём из Риги.

 

Зачем под пули подставлять нам грудь?

Зачем огонь бессмысленных баталий?

Мы выбираем самый гордый путь –

Суровый путь ответных репрессалий!

 

Вот, скажем, Жак Ширак нахмурит бровь

И потускнеет дружба, как монета –

Отменим мы французскую любовь

И не умрём без их кардебалета!

 

Вопрос не в том, кто дюж, а кто не дюж

И кто кому перебежал дорожку,

Но если руки выкрутит нам Буш,

Мы у него его не купим ножку!

 

И пусть у нас вовсю воруют газ

И продают отраву вместо виски –

Пока Лондон Берёзу не отдаст –

В футбол играть

         не будем по-английски!

 

 

 

ВИНОВАТАЯ РОССИЯ

 

«Умом Россию не понять,

Аршином общим не измерить,

У ней особенная стать,

В Россию можно только верить…»

Так хорошо сказал поэт -

Как будто горсть рассыпал света.

Найти бы правильный ответ,

Оспорив истину поэта…

 

        Но если брат стреляет в брата

        И с куполов летят кресты,

        То не Россия виновата,

        А виноваты – я и ты.

 

Ты хочешь мира и любви,

Но из-за прихоти придурка,

Зияет Храмом на крови

Равнина Екатеринбурга.

«Умом Россию не понять…»

А я хочу под этим солнцем

Боготворить – не убивать

Своих царей и стихотворцев.

 

       Когда неистовое стадо

       Растопчет память, как цветы,

       То не Россия виновата

       А виноваты – я и ты.

 

Всё не находится аршин

Её падениям и взлётам,

Она от впадин до вершин

Покрыта кровушкой и потом.

Пусть не пойму , но  возвращусь,

В каких бы далях не носило  -

В свою непонятую Русь,

В свою безмерную Россию.

 

        Кто не грозил бы ей  распятьем -

        Её вовек не истребить…

        Коль не дано её понять нам,

        Мы будем  – верить и любить.

 

 

МАТРЕШЕЧНИКИ

 

Как нам ваши морды надоели!

А всего лишь век тому назад

Вас отволокли бы на дуэли

За перепоганенный Арбат.

 

Вас переписать бы поименно

На дверях сортиров и клоак

За иконы наши ,за знамена,

За гвардейский выпачканный знак.

 

За "грины", но только не за трешки -

Все в распыл!

И, корчась от ярма,

Стали проститутками матрешки

И холмами хлама - хохлома.

 

Как тут не припомнить пистолеты,

Если в горсть безродного жулья

Катится разменною монетой

Бедная Россиюшка моя...

 

Вновь матрешки -

          хнычут и пророчат -

Лоб ли в пятнах,

            брови ли густы...

И толпа заморская гогочет,

В президентов тыкая персты.

 

 

 

МЫ НЕ ВЫШЛИ ИЗ БЕЛОГО  АДА...

 

Мы не вышли с тобой

Из горящего белого ада,

Где летели в лицо

Пепел правды и вечность кадил...

Не ударит салют,

Не отыщет героев награда,

И не сразу найдут

Адрес наших могил.

 

Мы не вышли с тобой

И не видели белого флага,

И не видели, как

Покуражился пьяный ОМОН.

Но мы знали одно:

Лишь однажды дается присяга,

И целуют лишь раз

Уголок у знамен.

 

Мы не вышли с тобой,

Да простят нас подруги  и жены

И поплачет родня,

Погрустив о "заблудшей" душе...

Офицерская честь,

Мы твои защищали законы

На своем рубеже -

Огневом этаже.

 

Мы не вышли с тобой,

Ну а тот, кто стрелял в нас из танка,

Пусть жует и живет

При погонах, чинах и крестах!

Только смерть, господа,

Не такая уж страшная ранка,

Посмертельнее жизнь,

Над которою -

              страх.

 

Мы не вышли с тобой,

А кто вышел -

    и честь им и слава!

Им труднее чем нам,

Ведь опять впереди у них бой,

Чтоб Россия жила,

Чтоб из пепла восстала держава -

Наша радость и боль,

Та, что всюду - с тобой!

 

 

      1993 г.

 

 

У "БЕЛОГО ДОМА" ЗАМАЗАЛИ СТЕНЫ...

 

У  "Белого дома" замазали стены

И врезали в стены замки,

Как будто бы не было бешеной пены

У этой спокойной реки,

Как будто бы не было смертной печали

И волчьего воя огня,

Как будто бы пули вокруг не стучали,

И не скрежетала броня.

 

На доме нет даже и крапинки сажи

От черной его полосы,

И снова на башне, как с копьями стражи,

Не спят золотые часы,

Как будто бы не было славы и срама

И взмахов свинцовой метлы:

И шторы другие, и стекла, и рамы,

Но окна остались  -

                      мертвы.

 

И лишь за  "Трехгорку " закатится солнце,

И звезды блеснут на крестах,

По мертвому дому идут три уродца -

Шагают -

          ложь подлость и страх.

И ломится стол от ночного обеда,

И кубки алеют в руках.

Сияет:

       "Победа! Победа! Победа!" -

На их шутовских колпаках.

 

Гуляет в потемках ночная пирушка,

Катается пьяный клубок...

 

А мимо подъезда все ходит старушка,

Закутавшись в черный платок.

А гномы из окон -

            кривые, косые -

Кричат ей из мраморной тьмы:

"Они за тебя умирают, Россия,

А празднуем праздники - мы!

 

На мраморной плитке  -

              ни клея, ни нитки -

Ура! - мастера и дожди.

На троны и нары забросив пожитки,

Счтрочат мемуары вожди.

 

Но память - как атом -

Приказом, указом

Не выметешь белую пыль...

 

Известкой и глиною в доме замазан

Реактор по имени -

Быль.

 

 

             1993 г.

 

 

УБИТЫЕ  ЗВЕРИ

 

Вдоль автострад - убитое зверье.

Как простыня над ними - ветер века.

Шальная скорость сделала свое -

Не стой, зверье, на тропах человека!

 

Давно ль и я не знал про авторут,

Живя в дворнягах и не веря сроду,

Что где-то там медали раздают -

Не за геройство -

Просто за породу.

 

Таких собак не выпустят к шоссе,

Ну а дворняги -

    что в них за пропажа!

И два пятна горят на колесе,

Как две звезды на кромке фюзеляжа.

 

Ты не виновен, слышишь, скорый век!

Я  знаю путь к причине  и итогу:

Запомни, зверь,

        не любит человек

Тех, кто ему перебежал дорогу!

 

 

 

 

ЗЕРКАЛО ЗАЛНЕГО ВИДА

 

Есть извечная тяга мужчины –

Сделать близким, что манит вдали,

Не с того ль днем и ночью машины

Рассекают пределы земли.

Было б все, то что было, забыто,

Душу б радовал новый простор…

Только зеркало заднего вида

Не тускнеет и смотрит в упор.

 

 Я пожил, покружил, помотался,
Потерзал шестерни скоростей,

По дорогам чужим покатался,

Раздвигая барьеры страстей,

Шарил фарами дальнего света,

А сам пел про родные края…

И я понял, что зеркало это –

Просто-напросто – память моя…

 

Я его осторожно поправлю,

Подмигну: все путем, старина!

Полный бак на дорогу заправлю

И возьму от мотора сполна.

Средь дорожных и жизненных правил

Есть одно для любого пути:

Позабудешь о том, что оставил –

Ничего не найдешь впереди!

 

Пусть колеса о том не расскажут,

Как уютен чужой авторут,

Как с обочин красавицы машут

И как теплые окна зовут.

Пожелай – и качнется орбита,

Взвоет весело новый мотор…

 

Только зеркало заднего вида

Не тускнеет и смотрит в упор!

 

 

СЧАСТЬЕ И ГОРЕ

 

Горе сосны,

У речного излома

Рухнувшей ниц под упрямой рукой, -

Это ведь счастье соснового дома,

Вставшего солнцем над той же рекой.

 

Горе упавшей на камни форели,

Чующей гибельный голод клинка, -

Это ведь счастье познавшего  мели,

Но одолевшего цель рыбака.

 

Если в горах полыхает ненастье,

Значит безоблачно над камышом...

 

А говорят, что не выстроить счастья

На неколеблющем горе чужом.

 

Нет, не оспорить в словах постоянства

Взаимосвязанных антимиров:

Выльется счастье -

И то же пространство

Горе заполнит до самых краев...

 

Вот потому я вздыхаю так часто,

Вспомнив опять, что в ночи у огня

Ждет человек,

Позабывший про счастье

Из-за счастливого вечно меня.

 

 

 

ГОРСТЬ ВРЕМЕНИ

 

Недели быстротечные дробя,

Взлетает и скрывается

Светило…

Да как же я расходую тебя,

Горсть времени,

Что жизнь мне отпустила?

 

Горсть времени…

Я в скрягах не ходил.

Но соглашаюсь с выводом печальным:

Кого любил –

                    по зернышку дарил,

И сыпал впрок –

                    попутчикам случайным.

 

А надо б стать скупее, наконец,

Стать строже и к знакомствам,

                    и к маршрутам,

Рассказывали мне –

                    один мудрец

Всю жизнь свою разметил по минутам.

 

Но снова ртуть вскарабкалась на «плюс»,

Как верхолаз

                    по лесенке делений,

И я опять домой не тороплюсь,

Обзаведясь компанией весенней…

 

Горсть времени,

Ты таешь, словно снег.

Не лучше ль мне

                    под утренней звездою

В родное поле выйти раньше всех

И горсть разжать

                    над свежей бороздою.

 

 

Я БЫ ВСЕХ СОБРАЛ НЕ РАЗ

 

Вот собрать бы поскорей

Мне в единый круг –

Всех былых моих друзей,

Всех былых подруг!

Школьных, классных, курсовых,

Штатских, боевых –

Всех здоровых и живых,

Пусть немолодых.

Я бы двери растворил,

Встал бы у крыльца.

Те, кого я сам любил,

Шли бы без конца.

Я с утра встречал бы всех

До заката дня,

Меньше было бы, конечно, тех,

Кто любил меня.

 

Сорок ящиков вина

Приобретены,

Имена и времена –

Переплетены…

 

Я бы парусом пустил

Песню над струной.

Те, кого я сам любил ,

Пели бы со мной.

Кто смычком, а кто значком

Помогал, звеня.

Но сидели бы молчком,

Кто любил меня…

 

Я такой же, как и был

В давние года!

Те, кого я сам любил,

Подтвердили:

-                                           Да!

Я по-прежнему в родстве

С каждой из планет!..

Только те, что в меньшинстве,

Ни словца в ответ…

Я бы всех собрал не раз

Вместе у огня…

Если б не боялся глаз   -

Тех, кто любил меня.

 

 

КАК ЖИВЕШЬ?

 

Колесят неутомимо

Стрелки белками в часах

Пролетают люди мимо,

Позабыв о тормозах.

Озабоченные сплошь -

Даже по субботам…

Снова кто-то: "Как живешь?" -

Бросит мимоходом.

 

Припев:

Как живешь? Да так живу -

Как умею, как могу…

Только что-нибудь полегче

Вы спросите на бегу:

О тумане над рекою,

Сколько зим и сколько лет…

Вы спросите про другое -

Я рукой махну в ответ.

 

Ветер свистнет, солнце брызнет,

Поплывет вчерашний снег…

Есть у каждого по жизни,

Да судьба есть не у всех.

Вы торопитесь? Ну что ж,

Мы друг другу рады!

А на ваше "Как живешь?" -

Не скажу я правды.

 

Припев:

Хорошо б остановиться,

Оглядеться, погрустить,

С другом водочки напиться

Да про жизнь поговорить.

Чтобы словно медный грош

В мятую картонку

Не летело: "Как живешь?" -

На бегу вдогонку!

 

Припев:

 

 

БЕЛЫЙ   ХРАМ

                     памяти Игоря Талькова

 

Уж так устроен белый свет -

И это снова повторится -

Когда рождается поэт,

То перед ним или вослед

В ночи рождается убийца.

 

Лишь небеса над головой

У них всегда одни и те же,

И в этой схватке роковой

До срока - дым пороховой

Как дым табачный - безмятежен.

 

Поэт не верит в этот срок,

Как зной не верит в день метельный,

Над перекрестками дорог

Крыла его летучих строк

Оберегает крест нательный,

 

Но без конца болит душа,

И вместо песенок "во славу",

Столпы сановные круша,

Стекает боль с карандаша -

За оскорбленную державу!

 

Ему шептать бы о любви,

Ему б сюжеты интересней!

Но на слезах и на крови,

Держа иконы, алтари,

Как белый храм,

          восходит песня!

 

Она восходит там, где мгла,

Где славят лживого мессию...

Ея сияют купола

И бьют ея колокола:

Спаси и сохрани Россию!..

 

Кому опасен ты, поэт?

Кому от слов твоих не спится?

 

Смолкает зал,

И гаснет свет,

Лучи находят силуэт,

И поднимается

Убийца...

 

...Но храм из музыки и слов

Стоит весь в белом на опушке.

Неотомщенные,

С крестов

Глядят Рубцов и Гумилев,

Есенин, Лермонтов и Пушкин.

 

...И вновь рождается поэт.     

 

 

НАЧИНАЮ  СНАЧАЛА

                   

Не беда постучала,

И не рухнула высь,

Но сегодня - сначала

начинаю я жизнь,

Начинаю - рискую

У судьбы на краю -

Неизвестную, злую,

Но до нитки - свою!

 

В этот вечер негромкий,

Где закат, как экран,

До прокушенной кромки

Я наполню стакан,

Словно бритвою, водка

Полоснет под губой,

Непростая работка -

Расставанье с собой!

 

До свиданья, подруги,

 До свиданья, друзья,

Не вините в испуге,

Покаяньем грозя!

Если в чем и покаюсь -

В том, что  хлебом крошил,

В том, что жил, пригибаясь,

И что мало грешил...

 

Столько лет за спиною -

Быть пора бы уже

Голове - с сединою

И покою - в душе!

Но покой или волос -

Это сущий пустяк,

Если жизнь напоролась

На два слова:

"Не так".

 

Не ищите улики,

Ведь не взять под вопрос

Черно-белые блики

На клавирах берез.

Все торги да уступки,

Тряпки, "бабки ", гульба...

Чем дороже покупки,

Тем дешевле судьба.

 

Так и жил, подражая

Всяким, с кем ни свяжись,

И чужая, чужая

Ты была, моя жизнь.

Я тобой не торгую

И на самом краю

Начинаю другую,

Но до нитки - свою.

 

 

СЛОВЕСНОЕ ВИНО

 

Как сладостно словесное вино!

Живое, как церковное причастье,

Лаская кровь, вливается оно

В сердечки дам и в головы начальства.

 

Про дам молчу. Не мне о них судить,

Но стол любой без них бывает пресен,

Коль Бог велел ушами им любить –

Жалеть не будем ни стихов, ни песен.

 

Иная речь о крупных мужиках,

Увешанных чиновничьею славой,

Измученных на полунебесах

Тяжёлой государственной халявой!

 

Когда им быть случится за столом

В кругу таких же, только чуть помельче,

Я умоляю Бога об одном:

Лиши льстецов хоть ненадолго речи!..

 

…Я так люблю свою родную речь –

Спокойную, иль с градусом повыше,

Она легко стихами может течь

И градом бить по проржавевшей крыше.

 

Как славно, что слова на свете есть,

В них  каждый звук и яростен и сладок…

 

А мужики расходятся.

Лишь лесть

На дне стаканов тлеет, как осадок.

 

 

СЕРДЕЧНЫЙ ПРИСТУП

 

Жизнь моя, ты присядь на скамеечку\,

Уцепившись руками за грудь,

Мы припомним с тобой помаленечку

Все, что было, и что не вернуть.

Из летящих, поющих и стонущих

Лет, не знающих про тормоза,

Как огни неотложнейшей помощи

Приближаются чьи-то глаза...

 

И сижу я в ночи, окольцованный,

Подпираемый чьим-то плечом,

В пульсомерные цепи закованный,

Ослепляемый чьим-то лучом.

Без упрека, намека, манерности

Прислоняют ко мне свою тень

Те, кому объяснялся я в верности

И кого забывал через день...

 

Но ведь есть где-то тихая улица,

Где, как прежде, поют соловьи,

Где с дождями слепыми целуются

Пересохшие губы твои,

Где поныне, чего б я не выменял

На отрезы разлук и измен,

Твоему невесомому имени

Не находится равных замен.

 

...Жизнь моя, ты присядь на скамеечку,

Все прошло и пора отдохнуть.

Мы поверим с тобой помаленечку

В то, что можно былое вернуть.

И в свои разоренные полночи,

В беспокойное чье-то жилье

Возвращаются скорые помощи,

Унося покаянье мое...

 

 

ПУСТЫНЯ - ГИТАРА

 

Я давно угадал:

          с сентябрями любовь не в родстве

И остывшей земле

          обожженные ветры не пара…

Там, где пальцы дождей

          барабанят по красной листве,

Есть такая страна

          под названьем - "пустыня-гитара".

 

Над барханами струн

          чья-то радость и чья-то тоска,

С караваном надежд

          объяснений отправлена тара…

Как там эхо звенит,

          как там звездная пыль высока -

В этой струнной стране

          под названьем "пустыня-гитара".

 

Если холодно мне,

          если некуда больше идти,

Если явь и мечты

          затевают безумную свару,

Протяну я ладонь -

          мне другого не надо пути -

И туда - в никуда

          в золотую "пустыню-гитару".

 

Пусть к гитаре моей,

          как бродяги к ночному костру,

Подойдут, кто устал,

          кто судьбу не сберег от удара

И в вагончиках строф

          серебристыми рельсами струн

Тихо тронемся мы,

          ты встречай нас, "пустыня-гитара"!

 

 

 

ЭСКАЛАТОРЕ МЕТРО

 

Звякнут ходики с надписью «Слава»,

Новый день оседлает коня.

Вы простите,

Стоящие справа,

Пролетевшего слева –

Меня!

О рывок раскаленного века –

То ли час,

То ли год,

То ли век!

Будто в глобус пугливая белка

Забралась и затеяла бег!

Будто вечно тебя подрезает

Наших дней голубая тесьма –

Не хватает минут,

Не хватает –

Для улыбки, для ласки, письма!..

Нам на это роптать не зазорно,

Каблуками качая экспресс –

Если времени станет по горло,

То останется жизни в обрез!

 

 

 

НЕ ГОНИ КОНЕЙ

 

А когда я молод был,

Над судьбой смеялся,

Всё я время торопил –

Опоздать боялся.

Думал – всё переберут,
Разнесут на части,

Перегонят, обойдут –

И не хватит счастья.

     Припев: И сказала мама мне:

                    Не накликай худа,

                    Не гони, сынок, коней,     

                    Не загнал покуда!

 

А потом прошли года,

Куда что девалось! –

Вроде бы не опоздал,

Только не досталось,

Не досталось в жизни мне

Ни любви, ни ласки,

Видно, верного верней

Матушкины сказки!

                    Говорила мама мне:

                    Не накликай худа,

                    Не гони, сынок, коней

                    Не загнал покуда!

 

Я сижу без фонарей

Вечерком у речки

Своих загнанных коней

Трогаю уздечки.

Мне ещё б чуток судьбы –

Не гонял бы боле.

Только «кабы да кабы»

Не играют роли!

                       Говорила мама мне:

                       Не накликай худа,

                       Не гони, сынок, коней

                       Не загнал покуда.

 

 

 5.    СЫНЫ СПЕЦНАЗА

 

 

 

БОИ БЕЗ ПРАВИЛ

 

Я дрался честно, не "косил" и не лукавил

И слыл бойцом не ради красного словца...

Но объявили нам: - Теперь бои без правил

И можно все, но до победного конца!

Да как же так, ведь нас по-честному учили:

Не рвать зубами и лежачего не бить!

А тут одна альтернатива - или-или,

А что учили - наплевать и  позабыть!

 

Тяжелый век, тяжелый вес, тяжелый жребий

И бой тяжелый, словно брань без запятых,

И поминальный всепрощающий молебен

Уже назначен для кого-то из двоих.

И просит крови тот, кто на тебя поставил,

И будет кровь, боишься крови - не вяжись!

Не надо судей, ведь идут бои без правил,

Бои без правил, как и в целом наша жизнь!

 

А наша жизнь такая стала непростая

И в ней до смерти - как от бакса до рубля,

Любовь - товар, а вместо дружбы просто стая,

В которой много нас, но каждый за себя!

И если друг тебе ловушек понаставил,

А за спиной твоей подруга ждет других -

Не удивляйся, человек, в боях без правил

Одно лишь правило, что правил - никаких!

 

Я устоял и не доверился соблазну

Пустить на выручку припрятанный металл

И не ударил ниже пояса ни разу,

И у лежачего я кости не ломал.

Кто победил из нас ,я так и не дослушал,

А только слышал, как у стенки приговор:

За то, что наше правило нарушил…

 

И молнии короткие в упор…

 

 

 

ВЕТЕРАНУ ВОЙНЫ ДЕВЯТНАДЦАТИ ЛЕТ

 

В прибывающий поезд не нужен билет,

И уже обнимаю с разбега

Ветерана войны девятнадцати лет

На исходе двадцатого века.

Он мальчишка лицом, он со мной,

          как с отцом,

По живому шагает Арбату.

Нам удобней пешком,

Он был лучшим дружком

Моему не пришедшему брату

 

И про то, кем был брат,

И про Джелалабад,

И про цель на радарном экране

Он рассказывать рад,

Но ударил набат

На кремлевском Великом Иване.

 

Спящий колокол бил, будто небо рубил,

Будто голуби, звуки взлетали.

Был обуглен закат,

И рекламный Арбат

Отражался на белой медали…

 

И сказал он в тоске:

- Как красиво в Москве.

И куда ни взгляни - пьедесталы,

Пьедесталы подряд, ну а там для ребят -

Только скалы одни, только скалы…

Если где-то война, значит -

          чья-то вина,

Мы ее на себя перепишем…

 

Он был старше судьбой - не на год,

          так на бой,

Из которого брат мой не вышел…

 

Был проездом - и нет.

И смотрел я во след.

И качался вагон, как калека.

Ветерану войны девятнадцати лет

Я желал двадцать первого века.

 

 

ОШИБКА

 

Виноватую улыбку

Ты не прячь, военкомат.

Говорят, была ошибка

Девять лет тому назад.

Там, где звезды над крестами

Золотым обведены,

Кто-то сонными бровями

Двинул в сторону войны.

 

И рванулись батальоны,

От речей навеселе,

По нерусской, прокаленной,

Ненавидящей земле.

Золотая чья-то рыбка,

Чей-то звездный календарь!

Уж какая там ошибка,

Коль обещана медаль!

 

Звездопады, как метели,

Камнепады, как дожди!

На груди не крест нательный -

Только тельник на груди,

Только рев аэродромов,

Только марши да "дела",

Командарм товарищ Громов

И генсек Наджибулла!..

 

Девять лет носили стойко

Груз приказов и гробов.

А в России перестройка

Аппаратов и штабов.

Реагировали гибко:

Это что, мол, за война?

И кивнули: да, ошибка.

Ведь ошибка - не вина…

 

Парня у Джелалабада

Отыскало письмецо,

А над парнем, как лампада,

Друга белое лицо.

Стало зыбко, стало липко

В отчем доме у ракит…

 

Мама, это не ошибка -

Я действительно

          убит.

 

 

 

КАВКАЗСКИЙ ДЕСАНТ

 

Снарядились, попрыгали -

                    не гремит, не звенит.

Борт открытою книгою

                    устремился в зенит.

Под пятнистыми касками

                    ни обид, ни досад,

Снизу - горы кавказские,

                    сверху - русский десант.

 

Мы не рубим вопросами,

                    как штыками концы,

На кого же нас бросили

                    командиры - отцы?

В ледяной неизвестности

                    среди скрюченных трав

Разберемся на местности -

                    кто не прав, а кто прав…

 

Приземлились, попрыгали -

                    не гремит, не звенит.

Горы барсами выгнули

                    леденелый гранит.

Не согреешься сказками

                    ни про ад, ни про сад,

Сверху - горы кавказские,

                    снизу - русский десант.

 

А в эфире - кромешные

                    перекаты страстей:

Топоры энтэвэшные,

                    пулеметы "Вестей",

Мол, тупые и дерзкие,

                    мир засеем костьми.

В грудь нам - пули чеченские,

                    в спину - отчие СМИ.

 

Отдохнули, попрыгали -

                    не гремит, не звенит.

Генеральскими играми

каждый по уши сыт!

Что приказы паскудные,

                    коль над нами, как рок,

Не стропа парашютная -

                    кукловодный шнурок!

 

А в Рязани и Липецке -

                    Новый год на порог…

Вот куда бы нам выползти

                    на часочек, браток!

Погулять, чтобы вспенился

                    сладкий снег на губах!..

Но с вершины прицелился

                    в Иисуса Аллах!

 

И швырнула фугасы нам

                    в ноги ночь на пути,

Серпантинные трассеры

                    и гранат конфетти!

Мы вернемся, вы слышите,

                    если Бог нас простит,

Кроме тех, для кого уже -

                    не гремит, не звенит.

 

 

ДЕРЖИСЬ, КОМАНДИР!..

 

                             В.В. Маргелову

 

Ни присяги, ни флага, ни гимна...

Но известно во все времена:

Если армия чья- та погибла,

Это значит - погибла страна.

Вот и в нас уж теперь кто попало

Тычет пальчиком пухлым с утра:

Мол, у вас продались генералы,

Мол у вас зареклись прапора...

 

Где ты, честь офицерская, где ты,

Слава ратная русской земли?

Видел я, как стреляют кадеты

На Тверской у прохожих рубли.

Видел я, как гвардейский десантник,

Нахлебавшийся неба сполна,

В полусгибе развязывал бантик

На крутом башмаке пахана...

 

             А выход один - держись,

                                          командир,

             Менять не спеши адреса!

             И мы поглядим, когда победим,

             Предателям прямо в глаза.

 

Нам , как сон, вспоминается это:

Примыкает пехота штыки,

А из шахт вылетают ракеты,

Как когда-то из ножен клинки,

А потом нас встречают, усталых,

Погасивших костры и ветра,

И нам честь отдают генералы

И печатают шаг прапора!

 

Наши братики - наши солдаты,

Как их косят осколки вранья!

Не пора ли настала, ребята,

Им скомандовать:

- Делай, как я!

Пусть продажные бдят трибуналы,

Пусть на крышах не спят снайпера,

Но лишь сделают шаг генералы -

И за ними шагнут прапора!

 

Мы еще прошагаем в колоннах,

Отряхнув, будто перекрестясь,

И афганскую пыль на погонах,

И на душах - чеченскую грязь!

Пусть сегодня тоской и угаром

От походного веет костра,

Но не все продались генералы

И не все зареклись прапора!

 

         А выход один - держись,

                                    командир,

        Менять не спеши адреса!

        И мы поглядим, когда победим,

        Отечеству смело в глаза!

 

 

 

ОФИЦЕРСКАЯ  ТОСКА

 

...А зеленая тоска

Все хлопочет у виска,

То хохочет, то щекочет

С расстоянья волоска,

Не корит меня винцом,

Называет молодцом.

Над окошком - белый месяц,

Над стаканом - дым кольцом...

 

               Лейтенанты, капитаны, подполковники,

               Аксельбанты, барабаны, ордена…

               Снова будут эмигранты и виновники -

               Ходят кругом, словно кони, времена.

 

Как у бога ни проси -

Нет покоя на Руси.

В гильзе теплится огарок -

Прикури - не погаси.

Остывают на губах

То Чечня, то Карабах,

И промашки, как фуражки

На запаянных гробах.

 

Я тоску развею:

                   - Кыш! -

Зря, зеленая, скрипишь!

От себя не убежишь

Ни на тот свет и ни в Париж!

Надеваю камуфляж:

Вот "макаров", вот "калаш",

Русский храм стоит на горке -

Пусть ему я буду страж!

 

                      Лейтенанты, капитаны, подполковники,

                      Аксельбанты, барабаны, ордена...

                      Снова будут эмигранты и виновники -

                      Ходят кругом, будто кони, времена.

 

 

ЛЮБОВЬ  ВЕТЕРАНА

 

Не судит, не спасает и не губит,

А просто где-то рядышком живет

Любимая, которая не любит,

Желанная, которая не ждет.

 

Твердит ему потертая гитара,

По комнате гоняя суховей:

«Тебе она не пара, как не пара

Огонь  траве и клетке – соловей,

 

Тебе она – наряд не по размеру,

Тебе она, как утро для хмельных!..»

 

Ну дайте помечтать пенсионеру

И ветерану точек боевых!

 

Под утро новый снег на город ляжет,

Парик надев на лысины ветвей…

Он выйдет в неизменном камуфляже

И просто поздоровается с ней.

 

Пройдет она задумчиво и тихо,

Как парус, не заметивший причал…

 

Никто его не ждал из Мозамбика,

Никто после Кабула не встречал.

 

Скрипит по снегу детская коляска,

К которой наклоняется она...

 

Зачем ему придуманная сказка -

Чужая раскрасавица жена?

 

Поездил, пострелял, навоевался,

Ему б  теперь спокойный вариант,

Чтоб досыта под фикусом валяться,

Не думая про быт и провиант!

 

Ну хватит для судьбы его зарубок

И подвигов!

…Но рядышком живет

Любимая, которая не любит,

Желанная, которая не ждет.

 

ШЕСТАЯ РОТА

 

…А в синем небе есть не пройденный маршрут,

Где имена стоят вдоль трассы вместо вех…

Шестая рота раскрывает парашют –

Один на всех,

            один на всех,

                   один на всех.

 

Возьмите паузу, держатели речей,

Ослабьте клавиши, дарители утех…

Плывет под куполом мерцание свечей –

Одно на всех, одно на всех, одно на всех.

 

На город Псков, как маскировочная сеть,

Ложатся в очередь то дождики, то снег…

Шестую роту позвала в дорогу смерть –

Одна на всех, одна на всех, одна на всех.

 

А над Россиею все те же синь и высь,

Играет музыка, и льется женский смех…

Шестая рота, ты оставила нам жизнь –

Одну на всех, одну на всех, одну на всех!.

 

1 августа 2002 г., Псков.

 

 

 

ШАХИДКА

 

…А жизнь, короткая, как нитка –

Полусудьба, полустезя…

О чем задумалась шахидка,

По эскалатору скользя?

 

О непростом своем народе?

О виноватых без вины?

О том, как сумеречно бродит

По-вдоль России зверь войны?

 

О том, кому она потеря?

О приговоре без суда?

О том, что выпустивший зверя

В метро не ездит никогда?..

 

Плывут попутные москвички,

Искрятся стены от  реклам,

Летят в туннелях электрички,

Как будто пули по стволам.

 

Под перекрашенною прядью

Глаза стекляшками в золе,

Ступени режут пядь за пядью

Пространство чье-то на земле…

 

Вагон распахивает ниши,

И случай делит бытиё

На тех, кто ей навстречу вышел

И на попутчиков её…

 

 

 

ЧЕЧЕНСКИЙ ВОПРОС

 

Если будет приказ: назад

И завертится вспять земля

Мы своих повернем солдат,

Чтоб увидеть глаза Кремля

Потому что - на свете есть

Кроме курева и вина

Офицерская наша честь

И одна - за спиной - страна.

 

          Припев:      Наш вопрос простой -

                              Дайте дошагать,

                              Не скажите: "Стой",

                              Чтобы снова вспять,

                              Мы прогнали грусть,

                              Смерть потрогали,

                              Чтоб не рвали Русь,

                              Орды погани.

 

Даже если кому-то вдруг

Выйдет вечная тишина,

Возле камня покурит  друг

И цветы принесет жена,

И расскажут: мол, был приказ,

Обещающий жить взамен,…

То и гранит не удержит нас

От броска до Кремлевских стен.

 

          Припев:

 

Ты, Россия, взгляни на нас,

Вновь нам вышло тебя сберечь,

Сколько ж лет нас топтали в грязь,

Обрывали погоны с плеч!

Но уткнулся в плечо приклад

И раздвинул огонь дожди…

И с надеждой нам вслед глядят,

Прозревающие вожди.

 

          Припев:

 

 

СНИМИТЕ ФОРМУ С ПОПРОШАЕК!

 

О, главари дорожных шаек,

Вожди помоек и клоак, -

Снимите форму с попрошаек -

С синюшных этих бедолаг!

 

Не потным душам промокашки

И не сценический букет –

Вот эти гордые тельняшки

И в небо крашеный берет.

 

Мы все в России виноваты

За  равнодушный властный бред,

Но настоящего солдата

Средь пресмыкающихся – нет!

 

Как нет лучей среди темницы,

Как нет земли среди болот…

Кто не забыл братишек лица,

Тот в попрошайки не пойдёт.

 

Он душу водочкой полечит,

Но не отдаст помойке честь,

Он кулаки сожмёт покрепче,

Если они, конечно, есть.

 

Он на весь мир не обозлился,

Пусть и хлебнул обиды всласть,

Он на культях своих учился

Не путать Родину и власть!

 

…Порядок свой в убогой свите:

Низам – бутыль,

Верхам – «лавэ»*…

 

Снимите с них гвардейский китель,

Не вынуждайте ВДВ !

 

----------------------

* деньги (блат. жаргон)

 

 

 

ВСПОМНИМ  ДРУГА

 

                    Памяти  Кости КУТОВОГО

 

Как спорили мы пылко

Про вечность и про миг,

А смерть была страшилкой

Из фильмов или книг,

Но разбегались версты,

Путь становился злей,

И наполнялись погосты

Душами наших друзей...

 

             Если туго,  если вьюга

             Иль напротив - звезда видна,

             Сядем кругом, вспомним друга

              И не чокаясь, выпьем до дна.

 

Любила, не любила -

Поспоришь ли с судьбой,

Но лишь полжизни было

У друга за спиной.

Видимо, на  всякий случай,

Из тысяч молодых,

Господь выбирает лучших,

Надежных и родных!

 

Ножи, колеса, пули,

Инфаркт или запой

Рванули, полоснули,

Подкравшись за спиной.

То не раскрывшийся купол,

То разорвавшийся зной -

Смерть не бывает глупой

И не бывает чужой.

 

                 Если туго, если вьюга

                 Иль напротив - звезда видна,

                 Сядем кругом, вспомним друга

                 И не чокаясь, выпьем до дна...            

             

 

СЫНЫ  СПЕЦНАЗА

 

…Упало солнце, затихла база,

Заснули крепко сыны спецназа…

А мы всё курим, открыли двери,

Сидим – считаем свои потери.

Кавказ оставлен и рухнул Киев,

И прощены все долги  лихие,

И на покинутый Севастополь

Глядят сквозь слёзы ракеты «Тополь».

Ракеты «Тополь» не понимают

Что же их к небу не поднимают?
Ведь от России опять отколот –

То русский берег, то русский город.

Китайцам – реки, монголам – шкуры,

Казахам степи под Байконуром…

Лишь Беларуси стоять советской,

Покуда крепость зовётся Брестской!

 

…А здесь всё игры, а здесь всё праздник…

Князь Долгорукий и Медный Всадник

С коней, как стражи, глядят средь буден:

«А что нам скажет товарищ … Жуков?»…

Но маршал сдвинул со лба фуражку,

И не дождались полки отмашку…

 

«Мы бы  послали подлодки к Кубе,

Но что нам скажут в «Парижском клубе»…

 

Пусть я в парижах не жил ни разу,

Мне в жизни ближе огни спецназа,

Но эти жаки и эти смиты

Коль лезли в драку - бывали биты.

 

Я брал Дубровку и был в Беслане,

А надо было б – и на Майдане,

Где наших братьев проказа вяжет,

Где злая баба косою машет…

 

Взлетело солнце, проснулась база,

Мы все сегодня – сыны спецназа.

В веках святое Руси свеченье-

Вот нам какое –

         спецназначенье!

 

СОДЕРЖАНИЕ

 

1. ЗА ПОБЕДУ!

 

Война не мамка

Отцовская песня

Помимо всех прочих симпатий…

Когда опускались вечерние тени

Дядя Лёня

Посты памяти

Фронтовичка

Не случайно зовёшься ты Верой…

За Победу!

Полевая жена

Сигнальщик

Баллада об арденнском дереве

Быть может, в созвездии Веды…

Ветеран

Бегут года

Звёздные войны и войны земные…

Не замерзают родники

 

2. ОСОБЫЙ ПРАЗДНИК

 

Ночной патруль

А Вы, дорогая…

Багдад

А мой дружок в Ливане

Мишени

За тех, кто в поле

Чёрная полоса

На западных вокзалах

Дело было в разведке

Светофор

Воздух Родины

Жалко, наши до Женевы не дошли

И ни слова о любви…

Эмигрантские песни

Моросящие январи

Постоянный контракт

Безопасный офицер

Предатель

Родная речь

Замена

А ну, Сашок!

Через сутки – Москва

Таможня в Бресте

Глухомань

Обида

Гимн разведки

Особый праздник

Тост в Великий пост

Кирпиченко

Резерв

Санаторий «Правда»

Нам место встречи…

 

3. И ОПЯТЬ ВСТРЕЧАЕТ РОДИНА

 

В отпуске

Берёза над Храмом

И опять встречает родина…

Две звезды…

Баллада о почтовом голубе

Дикарь

Забытая стрелка

Белые поленья

Февральская улица

Екатеринбург

Что происходит…

Урал мой дорогой

Живи, Россия, живи, Урал!

Кому ты нужен

Ледники

 

4. ТО НЕ РОССИЯ ВИНОВАТА

 

Земляки-иностранцы

Россия – вотчина обмана?

Братья-славяне

Чрезвычайная ситуация

Это ещё не Россия

Путь ответных репрессалий

Виноватая Россия

Матрёшечники

Мы не вышли из белого ада

У Белого дома…

Убитые звери

Зеркало заднего вида

Счастье и горе

Горсть времени

Я бы всех собрал не раз

Как живёшь?

Белый Храм

Начинаю сначала

Словесное вино

Сердечный приступ

Пустыня-гитара

На эскалаторе метро

Не гони коней!

 

5. СЫНЫ СПЕЦНАЗА

 

Бои без правил

Ветерану войны 19-ти лет

Ошибка

Кавказский десант

Держись, командир

Офицерская тоска

Любовь ветерана

Шестая рота

Шахидка

Чеченский вопрос

Снимите форму с попрошаек

Вспомним друга

Сыны спецназа